Бриг «Чёрная Маркиза»

-– Дидье, что там за шум внизу?

Глубокий женский голос музыкой прозвучал в маленькой убогой комнатушке над трактиром "Голова быка".

Дидье вздохнул, с неохотой поднявшись с разворошенной постели, и босиком прошлёпал к двери. Постоял, прислушиваясь, и махнул рукой.

-– Мальчишка капитана Грира, канонир, затеял скандал, Маркиза.

-– Эдвард Грир? Грир-Убийца? Он здесь? -– В голосе женщины прозвенели тревога и негодование.

"Но не страх", -– с гордостью подумал Дидье, оборачиваясь и встречая твёрдый взгляд её серых огромных глаз.

В этом мелодичном голосе и в этих ясных глазах не было страха даже тогда, когда Тиш стояла с пистолетами в обеих руках на палубе "Чёрной Маркизы", бестрепетно встречая надвигавшийся на них испанский корвет.

-– А что там с мальчиком? -– нетерпеливо спросила она.

Дидье, вернувшись к постели, пожал плечами, натянул через голову свою рубаху и сладко зевнул.

После того, что только что творилось в этой постели, им обоим стоило бы поспать хотя бы часок. Так нет же... Чтоб черти забрали этого Грира и его любовничка!

Дидье кое-как пригладил свои взлохмаченные русые вихры и вздохнул:

-– Не знаю, где уж подобрал его Грир, но ему не удалось сломать этого Морана. Вон как разоряется. Отчаянный молокосос... Да оставь ты их, что тебе за дело до них, Маркиза? Patati-patata! Чепуховина! У Грира и без того к тебе старые счёты... -– безнадёжно пробормотал он, завороженно наблюдая за тем, как она, прекрасная в своей смуглой жаркой наготе, встаёт с кровати и ищет сорочку в ворохе сброшенной на пол одежды.

Каждый раз они так торопились оказаться в постели, словно этот раз был оследним.

"Когда-нибудь так оно и будет", -– мрачно подумал Дидье, но тут же, по своему обыкновению, прогнал эту мысль.

Старпом "Чёрной Маркизы" Дидье Бланшар свято верил, что позволять себе дурные мысли -– значит накликать беду. Он всегда жил одним днём, не задумываясь о том, что было вчера и будет завтра. Кюре их деревенского прихода в Квебеке, отец Гийом, давным-давно прочёл ему одно место из Священного Писания, и Дидье запомнил его наизусть.

"Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний день сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы".

Так что он, Дидье Бланшар, жил как надо -– по заповедям Господним.

Пока он размышлял обо всём этом, Тиш надела сорочку, панталоны, кружевные чулки и встряхнула своё вишнёвое атласное платье.

-– Дидье? -– пропела она, лукаво взглянув на него. -– Ты там что, окаменел?

Одна часть его тела уж точно окаменела вновь.

Тиш провела тёплыми пальцами по его скуле, ласково заглянув в растерянные зелёные глаза.

-– Зашнуруй мне корсаж, -– попросила она, поворачиваясь к нему спиной и проворно собирая чёрные шёлковые кудри в тяжёлый узел на затылке. -– Пожалуйста.

Глубоко вздохнув, Дидье нехотя дёрнул за ленточки корсажа, жадно глядя на её обнажившуюся гибкую шею и хмуро гадая, как же он теперь застегнёт собственные штаны.

Ответ был ясен, как день -– с трудом.

Хмыкнув, он в очередной раз мысленно пожелал, чтобы Морской Хозяин вогнал свой трезубец прямо в глотки Гриру и его красавчику, так не вовремя затеявшему свару. Ну или в задницы. Вот то, чего они оба как