Измена. Жизнь после развода

— И ты просто следуешь за своими желаниями?

Иданна хотела не столько получить ответ на этот вопрос, сколько – отвлечь настырного мага от себя. Потому что то, что она видела в глазах Гюнтера, было одновременно и влекущим, и опасным. А опасности ей всегда представлялись в жизни излишними. Их и случайных хватает, чтобы ещё умышленно искать. Нет уж, увольте!

— Могу последовать за твоими. Хочешь?

Новая мелодия, которая заиграла из музыкального артефакта, создавала своеобразную атмосферу, наполненную некой эротической негой. А летающие над головами соблазнительно полураздетые иллюзорные феечки ещё и добавляли оттенок откровенного разврата.

«И зачем я согласилась вместе с Ханной провести День Влюбленных в этом сомнительном заведении?» — подумала про себя Идана.

Неожиданно Гюнтер наклонился ближе к ней. Ровно настолько, чтобы хватило места для прижатого к её губам бокала, но при этом их глаза находились теперь на одном уровне.

И когда стук сердца отозвался у Иданны в горле, она пришла в себя и, наконец, вздохнув, сглотнула.

Неожиданно ведьма ощутила напрягшую пустоту рядом с собой, а поталии пробежал холодок. Это Ханна убрала свою руку и быстро растворилась в толпе.

«Вот же чёртова предательница».

После этого Иданна стала чувствовать себя неуверенно под изучающим взглядом Гюнтера. Но через несколько секунд, неожиданно для самой себя, она осмелела и принялась рассматривать его лицо, подмечая все мелочи так внимательно, словно видела сейчас этого мужчину впервые.

Прямой нос и лихой разлёт бровей, напоминающих крылья чайки, прекрасно дополняли его вытянутое северное лицо. Образ аристократичного викинга портили пухловатые сочные губы, но они очень шли Гюнтеру. Холодные голубые глаза выглядели на светлом лице яркими, приятгательными озёрами и смотрели пристально, словно пробираясь в душу. Или Иданне так только казалось из-за выпитого и специфической атмосферы этого места. Впрочем, таких ярких ощущений даже витающий в воздухе дух разврата не мог бы вызвать.

Сколько они так стояли, лицом к лицу, ведьма не поняла. Потому что время вокруг них, казалась, летело незаметно.

Но туфли на высоких каблуках вдруг стали ощущаться пыточными колодками, вернув девушке ощущение реальности. Ничто не отрезвляет лучше боли. Непривычные к такой обуви ноги нестерпимо заныли. Иданна нащупала стул позади себя и аккуратно опустилась на него.

— Вряд ли ты тот, кому я могу доверить свои желания, — прошептала она и тут же засомневалась, что собеседник смог её расслышать. Но он смог.

Гюнтер Калле ловил каждый звук, исходящий от ведьмы — шелест одежды при движении, подавленный вздох, лёгкий скрип ногтем по стеклу бокала. В общем, подмечал каждое её слово и каждое мимолётное изменение в голосе. Маг пожирал Иданну жадным взглядом, давил своим присутствием и явственно отражающимися на его лице порочными мыслями. А ещё Гюнтер словно проникал в её разум, медленно и безболезненно, но ощутимо и почему-то беспрепятственно.

Ведьма изнывала от неимоверного отвращения к себе.

«Чёртов маг. Не влияет ли он на меня незаметно?» — подумалось Иданне, но к её огромному сожалению охранный артефакт, замаскированный под драгоценный кулон, не подавал никаких сигналов опасности.

Поэтому ведьме из-за проигранной борьбы с собой хотелось выть. Но из её горла вырвался лишь сиплый выдох, когда Гюнтер всем телом подался вперёд и, опершись ладонью о выступающий край стула, всмотрелся в