Любовь зла! Полюбишь и...

О том как Тильда получает распределение и триумфально добирается до эльфов

— Куда-куда вы меня распределили? — переспросила я.

Не то чтобы я страдала глухотой, просто поверить в услышанное оказалось сложно.

— К эльфам, — мрачно откликнулся магистр общей магии, он же ректор моего университета, таким безрадостным голосом, словно не к остроухим посылал, а к драконам воровать сокровища.

— Но я же ведьма!

— Я знаю, — печально отозвался ректор.

— Я черная ведьма, — уточнила, многозначительно намекая, что на Лужайку к эльфам меня распределять ну никак нельзя!

— Знаю, — еще более печально подтвердил старец по ту сторону стола.

Старец-то старец, но от шквальной волны темного огня на моем последнем экзамене он удирал как молоденький!

После того как все щиты сгорели.

— За что?! — возопила я, заламывая руки. — За что вы так co мной, магистр Теолит? Если дело в том ведре с освещенной водой над крыльцом общаги некромантов, то это не я!

Ну, по крайней мере, не одна я.

Судя по злобно прищуренным старческим глазонькам, я вообще совершенно напрасно упомянула про этот случай. Хотя бы потому, что ведьма из меня была лучше, чем конструктор, и механизм, который должен был ведро перевернуть, сломался. Зато отлично сработал второй! Благодаря которому ведро упало… стоймя… на спину ректора.

— Так и знал, что без тебя в этом мерзком, совершенно возмутительном случае не обошлось!

— Ну это же не причина отправлять меня на верную гибель? Тем более я тогда добыла редкую травку для лечения.

— Не на гибель, а к эльфам же!

— А разница в чем?

Неожиданно маг успокоился и уже гораздо более спокойным тоном сказал:

— Они сами отправили запрос на лучшую выпускницу курса темной магии. И приглашают на стажировку.

Каким интересным словом у нас стало называться самоубийство. А ехать к эльфам — оно и есть! Очень уж они не любят носителей моей магии. Впрочем не только они...

— И я уже все подписал, — вбил последний гвоздь в крышку моего гроба магистр Теолит. — Остроухи… хм… дружественная держава перворожденных неизменно предлагает своим работникам достойный оклад. Я позаботился о твоем будущем!

То есть, если что, похоронят меня с помпой, благо будет на что.

— Ну дядя… — пошла я на отчаянные, крайние меры.

— Никаких “но”, — остался непреклонен дорогой и, надо сказать, единственный родственник!

Неужели ему настолько хочется остаться последним в роду?

Усилием воли я загнала поглубже разочарование: все же тяжело смириться с тем, что любовно распланированное будущее только что рухнуло.

— Но я хотела поехать в деревню Большие Тинники, — напомнила, не теряя надежды. — И вроде как мы уже обо всем договорились.

— Это было до того, как я узнал, что ты договорилась еще и с местным лешим на тему закупки у него галлюциногенных грибов! И я даже представить себе боюсь, куда именно ты хотела их реализовывать!

Я смущенно потупилась. Что-то подсказывало, что сейчас дядюшка не поверит, если начать заверять его в исключительной надежности покупателей и рассказывать о лечебных целях, на которые пойдут грибочки.

А в эльфийских лесах их нет. Совсем нет. Хнык.

— Ладно, — дядя