Мой любимый киборг

Луна

Сквозь сон я ощутила пристальный взгляд. Казалось, он жалил, проникал под кожу и выкручивал нервы.

Я распахнула глаза и при виде темнеющей в спальне высокой мужской фигуры судорожно вздохнула, натянув одеяло до подбородка.

— Что тебе нужно, Эсфир? — Голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. — Ночью людям нужно спать.

— Поэтому я здесь, — последовал ровный ответ. — Мой долг — доставить хозяйке удовольствие.

Что?!

От осознания сказанного захотелось спрятаться под одеялом с головой. И от «предложения», и от холодного механического тона. Люди так не говорят — ни одного оттенка голоса, ни капельки эмоции. Например, бросивший меня на далекой маленькой планете Вик эту фразу произнёс бы с иронией.

При мысли о бывшем больно кольнуло в груди. Рана ещё слишком свежа, но говорят, время лечит. Надеюсь. Недели пока маловато.

— Мама! Мамочка!

Я кубарем слетела с кровати и в одной сорочке промчалась мимо истукана–киборга. Ворвалась в комнату дочки и бросилась к аккуратной круглой кровати. Моя девочка лежала, вытянувшись всем худеньким тельцем, и, широко распахнув глаза, невидяще смотрела в потолок. Белки мерцали серебром, радужка почти полностью растаяла в свечении.

Замерев от ужаса, я с трудом взяла себя в руки и тихонько позвала:

— Наи.

Имя выбирал Вик. Так звали его бабушку, жить ей и здравствовать ещё тысячу лет‚ хотя бы потому, что она позвонила мне, чтобы сообщить «радостную» новость о свадьбе внука…

Свечение дара начало бледнеть, и я облегчённо выдохнула:

— Что такое, детка?

Дочка, будто очнувшись, бросилась ко мне и, обняв, прижалась всем телом.

— Он снова приходил.

— Эсфир? — насторожилась я.

Это и было моим самым большим кошмаром, когда я позволила роботу войти в нашу жизнь. Всё же киборг не человек, доверия к нему у меня не было. За дочку я переживала больше всего: вдруг робот напугает её и спровоцирует всплеск дара.

Дети из района Раян, куда мы недавно переехали, выросли вместе с киборгами, которые стали чем–то вроде автоматического пылесборщика. У них даже животные были роботами. Выглядели как настоящие, но при этом не нужно ни кормить их, ни убирать за ними, ни выгуливать. Никаких хлопот!

Никогда не понимала, как можно полюбить кибер–питомца, поэтому притащила с собой из Умара, где мы пытались свести концы с концами в ожидании Вика, настоящего живого кота и выдала за кибера. Да, Тим без хвоста, и ухо разодрано, но при виде моей дочки у арендодателя все вопросы отпали. Местные дети не ценят того, что имеют. А о том, что мы приехали из самого бедного района Хотара, я предпочла умолчать.

— Он, — прошептала, наконец, дочка, выдёргивая меня из размышлений, и по спине пробежал морозец от понимания, что она не о киборге. — Снова.

Я автоматически съёжилась и оглянулась. Хоть в Раяне никто не мог нас подслушать, привычка осталась. Необузданный страх того, что о даре Наи станет известно, и подтолкнул меня согласиться на робота.

Ох, лучше бы она испугалась Эсфира. Плохой знак, очень плохой.

— Тшш, это просто дурной сон. — Я прижала её к себе и покачала, как маленькую. — Помни, наши страхи принимают причудливую форму и возвращаются во снах, милая.

— Знаю,