Все еще здесь

ШЕЙН (2017)

― Может, останешься? ― просит Дебби, надувая губы и накручивая локон на палец. Сегодня у нее ярко-красный маникюр, а ногти такие острые и длинные, что оставили борозды на моей спине.

Впрочем, я не жалуюсь. Дебби очень страстная штучка и она никогда не жалеет сил, стоит нам оказаться в постели. Все отлично до того момента, пока она ни начинает изображать из себя капризную маленькую девочку, что по меньшей мере нелепо, потому что в прошлом месяце ей исполнилось двадцать восемь.

Но, надо отдать ей должное – выглядит она обалденно. Шикарная задница, а сиськи – закачаешься. Дебби хвасталась, что отвалила за них кучу баксов одному хирургу из Солт-Лейк-Сити.

― Не могу, ты же знаешь, ― застегивая ремень, отвечаю я. Делаю вид, что мне даже жаль, потому что хочу, чтобы через некоторое время мы все повторили.

Иногда мы с Дебби встречаемся, чтобы приятно провести пару часов друг с другом, но не слишком часто – с ней хорошо в постели, а за ее пределами у нас ничего общего.

Теперь, когда мои потребности более чем удовлетворены, я хочу как можно скорей убраться из этой комнаты, которая своим розовым цветом, шелком и рюшами напоминает обитель принцессы.

― Мне бы очень хотелось, чтобы ты мог остаться на ночь, ― огорченно вздыхает Дебби, покачивая ногой, с которой будто невзначай сползает одеяло.

Ее большие, темные глаза влажно блестят, обещая, что я не пожалею, если задержусь. Но это не работает. Глаза Дебби, пусть и красивые, всегда были для меня пустыми.

Уже полностью одетый, я подхожу к кровати и, склонившись, быстро касаюсь губами ее рта.

― Увидимся, крошка.

И пока она не успела еще что-нибудь сказать, ухожу.

Несмотря на довольно позднее время, и то, что я целый день вкалывал, чувствую себя отлично. Улыбаясь, бодро сбегаю с крыльца и запрыгиваю в свой пикап.

Ух, Дебби! Девчонка – огонь.

Настроение у меня отличное – вот что делает хороший секс и минет в качестве вишенки на торте.

Направляясь домой, проезжаю по ночному Пейсону. Почти все магазины закрыты, и только в барах кипит жизнь. После трудового дня молодежь и не очень тянется в злачные места городка, чтобы опрокинуть стакан-другой, поговорить о том, о сем и, если повезет, найти себе компанию на ночь.

Я люблю этот город. Кто бы мог подумать, что когда-то это случится. Ведь сколько себя помню, всегда хотел вырваться отсюда.

И я вырвался, надо сказать. На целых два года, пока обстоятельства не вынудили меня вернуться.

Я потираю шею, одной рукой держа руль.

Ну, нахрен – не хочу о грустном. Я давно запретил жалеть себя. Моя жизнь в Пейсоне и она вполне неплохая. Мне не на что жаловаться.

Никаких соплей. Все. Точка.

Свернув на подъездную дорожку нашего дома, глушу мотор. Фин в гостиной, играет в приставку. Я сажусь на подлокотник дивана, наблюдая за игрой брата.

― Чувак, тебе крышка! Нет, не в ту стор…

Но уже поздно. Несмотря на то, с каким свирепым видом брат палит по противникам, его все равно валят и на экране всплывает кровавая надпись: «Ты мертв».

― Да пиздец! ― ругается Фин, отбрасывая контролер.

― Эй! ― Я строго