Возрождение любви. Том 2.

Индия, 1589 год.

- Нет бога, кроме Аллаха, а Магомет пророк его!

Ну, вот и всё, свершилось - она стала мусульманкой. Как это, оказывается, просто, достаточно произнести эти несколько слов. Как же долго она не могла заставить себя сказать их, понимая, что к прошлому возврата не будет. Но прошлое её было так страшно, что она боялась оглядываться назад и предпочитала смотреть вперёд, в неведомое будущее, которое ожидало её с Хайдер-ханом.

Спасибо Сун Янгу, теперь он выглядел не так уродливо, на него вполне можно было смотреть без слёз или смеха. Сун Янг хорошо поработал над ним и обещал, что поработает ещё, пока полностью не очистит ему кожу. Но уже и сейчас у жениха был вполне приличный вид, и поэтому свадьбу решили больше не откладывать.

Она не возражала, когда спросили её согласия. Без него теперь не делалось ничего, с ней считались абсолютно во всём, как никогда раньше. Она согласилась, потому что ей не терпелось скорее стать матерью. Родить себе детей, которых у неё никто не отнимет, как её родную крошку Зульфизар.

Какая жестокая ирония судьбы! Она обрела сестру в той, кого трепетно любила, считая своей госпожой, но своё дитя из-за неё потеряла. И ей ещё хватило наглости приехать со своей матерью-сообщницей на свадьбу и быть почётными гостьями на церемонии обращения обманутой ими женщины в ислам. Султанша Зайбе приняла на себя свадебные хлопоты и сыпала руководствами без малейшего смущения, как будто ничего не случилось.

Её дочь всё же была более деликатна или в большей мере чувствовала свою вину. Она последней подошла поздравить свою бывшую служанку, а ныне найденную, но негласную сестру.

- Прими мои поздравления, сестрица, - шепнула она, нежно пожимая холодные пальцы невесты, разрисованные паутинками узоров из хны. - Теперь ты одна из нас. Никто больше не посмеет звать тебя иначе, чем именем, которое дал тебе мой отец.

- Вот и вы зовите меня им, а не сестрой, госпожа, - чуть сердито ответила Рохана-Мирьям, высвобождая свои пальчики из ласкового плена. - А то не ровён час султан вас услышит. Ему это не понравится, даже если в душе он принял эту горькую правду из-за безмерной любви к вам и вашей матери.

Асара оглянулась на отца, который в это время беседовал с муллой. Они обсуждали предстоявшую церемонию никах, для которой не осталось препятствий после того, как главное из них - нежелание невесты перейти в истинную веру - было устранено.

- Он говорит со священником и не слышит нас. Прошу тебя, Мирьям…

- О чём, госпожа? - перебила новоявленная дочь ислама.

- Да не зови ты меня госпожой, во имя Аллаха! - рассердилась Асара.

- Как же не звать, когда вы гневаетесь на меня, словно бы остались моей госпожой, - улыбнулась Мирьям кислой улыбкой. - Скорей бы уже выйти замуж, чтобы с полным правом отделаться от ваших фальшивых изъявлений любви и навязчивой опеки вашей матери. И зачем я так долго тянула со своим обращением? Зачем так цеплялась за веру, которая не принесла мне ничего, кроме зла и унижений! Давно надо было сбросить её с плеч долой!

Немного помолчав, чтобы чуть-чуть отдышаться, Мирьям завершила свой гневный