Этот брак обречен на провал

Ненавижу этот город. Ненавижу семью, что меня удочерила. Терпеть не могу этот мир, в котором отныне приходится выживать. Меня, маленькой девочкой, взяли из приюта любящие родители. Только вот, они, оказались мерзкими паразитами с деньгами. Верхний Ист-Сайд — здесь живут самые состоятельные семьи Нью-Йорка. В прошлом здесь жили семьи: Кеннеди, Рокфеллеры. И одна из самых влиятельных семей современности, в которую вхожу я — Паркеры.

Я, не более, чем пустое место с милой улыбкой для общества и прессы. В очередной раз вытащенная на свет, как кукла. Сегодня день рождения компании, одного очень богатого мужчины. К слову, будущего мужа моей ненавистной сестры.

Ох, возможно, мне не следовало действовать так импульсивно. Улыбка зависла на лице, когда остался всего шаг до него. Мои приемные родители, как и гости, явно не ожидают подобного с моей стороны.

— Дариан Голд, — голос дрогнул.

Человек, печально известный, как безжалостный злодей Нью-Йорка.

Эти серо-карие глаза, просто заставляют тело вздрогнуть. По спине сбегает капелька холодного пота, ноги подкашиваются, горло свербит в желании глотка воды. Его красота цепляет, но его жестокость, таинственный холод, пугает. Перед Дарианом не устояла еще ни одна девушка. Мужчины же бояться Голда, ведь не в силах предугадать ни одной его мысли, да что там мысли, даже действия! Что способен сделать этот мужчина? Я не знала. Но мое тело напряглось, как струна и ожидало, словно вот-вот наброситься хищник.

— У вас есть семь секунд, прежде чем вы дальше соберетесь тратить мое время.

— Меня зовут Ева, Мистер Голд.

— Зачем мне ваше имя? — Сердце глухо и тяжело стукнуло.

— Затем, что я собираюсь поцеловать вас.

Дариан издал звук, который вполне можно было принять за смешок. Только мне было не смешно. Поднявшись на носочках и пользуясь его уязвимостью, я прильнула к его губам. Это был мой первый поцелуй, не считая тех, что представляла в своих снах с известными актерами.

Губы сильно, неумело и глупо, прижались к его губам. На этом должен был быть конец, ах... если бы. Я почувствовала не просто ответ на свои действия, а яркую зажженную страсть, с какой-то нежностью. Ощущая нежный напор мужских губ, я едва смогла снести сладость и мятный вкус его языка, что ворвался в мой рот. Шершавый, мокрый и напористый язык связывался с моим язычком, что пыталась спрятать. В моем горле застрял стон, который успешно растворился в Дариане.

Попытка отодвинуться, прервать поцелуй, оказалась невозможной. Его тяжелые и крепкие руки опустились на хрупкие плечи, кожа покрылась мурашками, а язык продолжал извивать пируэты. Хотелось сделать свободный вдох, сбежать, будто из лап зверя.

Самовлюбленный, эгоистичный, самоуверенный! Дариан — олицетворение слова "плохой." Неудивительно, что он решил меня так проучить, за подобный смелый проступок.

— Ммх! — Попытавшись возмутиться сквозь раскрытый рот, что в его власти, стукнула мужчину по груди кулаком.

Голд усмехнулся, разворачивая нас спиной к залу. Отстранился и почти удивленно произнес:

— Зачем вы меня поцеловали, Ева?

Вопрос, как удар камнем в лоб. Попытки спрятать глаза ниже, заставили лишь покрыться краской смущения. Стройная накаченная фигура в темном костюме, что натягивался на его разгоряченном теле.

— Я безумно в вас влюблена, — строить из себя дурочку