Богиня в плену дракона

– Попалась! – хищно ухмыльнулся Ардор, приподнимая пальцем подбородок Сильвы. Девушка неподвижно стояла, прикованная цепями к холодной каменной стене. Багровые волосы, слегка отливающие пурпуром, были запутаны, ткань красного платья выглядела измятой и потрепанной.

Они не виделись уже давно, очень и очень давно. Все те десятилетия, что минули с тех пор, как он поднял восстание против ее отца, верховного бога Эйлона, драконица не желала даже слышать его имени. И хоть в этой войне они были по разные стороны баррикад, Ардор ничего не мог поделать с чувствами к своей возлюбленной. Не мог забыть ее объятий и поцелуев.

Но вот ему, наконец, повезло: в последней битве девушку благополучно взяли в плен и немедленно доставили ему! Естественно, целой и невредимой – каждый солдат его легионов знал, что стоит хоть пальцем тронуть богиню Сильву, и смерти ужаснее трудно будет представить даже в самых жутких фантазиях.

И вот сейчас он смотрел ей в глаза долгим, торжествующим взглядом: резвый изумруд против обессиленного янтаря. Судьба этого поединка была предрешена.

– Я ненавижу тебя, – прошептала Сильва тихо, слабо, опуская взгляд.

– Сделаем вид, что я поверил, – довольно ухмыльнулся бог хаоса. Пальцы с длинными когтями веером скользнули по тонкой шее, с удовольствием отметив дрожь и учащенное дыхание. Одно мгновение… и они уже сжали хрупкое горло: не сильно, но достаточно, чтобы пленница поняла свое положение. В тот же миг с ее побледневших губ сорвался резкий вздох, сквозь который прорвался стон.

– Давно хотел остаться с тобой наедине, – прошептал Ардор, едва касаясь ее шеи губами. Пальцы ловко развязали завязки, дав черному бархатному плащу упасть на пол. – Я скучал, – шепнул он с совершенно неожиданной теплотой в голосе. Если до этой теплоты у Сильвы и был какой-то шанс не ответить так жарко на первое за долгие годы прикосновение дорогих губ, то теперь этот шанс бесследно растаял. Снова и снова, ловя каждое движение, вспоминая этот терпкий привкус…

– Ардор, – прошептала она в миллиметре от губ, разорвавших поцелуй; чуть слышно, с прикрытыми глазами, чтобы спустя мгновение снова почувствовать, ощутить...

– Прости, но я не могу без тебя, – страстно выдохнул черный дракон. Все, чего он желал в этот миг – касаться губами ее ключиц, прихватывая кожу – такую мягкую, нежную, настолько идеальную, что даже не поднималась рука оставить на ней след! Только ласково, с любовью покрывать поцелуями. Руки собственнически скользили по стройному телу, расстегивали пуговицы платья и проникали под алую ткань, обвивали, прижимали. Забрать ее себе. Одному. Навсегда.

– Сильва!.. – резкий протяжный стон; порыв, который невозможно сдержать.

Она стояла перед ним, скованная цепями и совершенно беспомощная. Безнадежно лгущая сама себе, что ненавидит его. Но если бы это действительно было так… да, несомненно, он бы никогда не сделал этого с ней, не желай она его на самом деле. Только ведь она желала, черт возьми, желала! Сильва, он был в этом уверен, хотела, чтобы он сбросил с ее плеч ткань красного платья. Хотела ощутить, как он, расстегнув кожаную куртку, прижимается к ней своей обнажившейся грудью. И уж никоим образом ей не могло быть неприятно то, как Ардор, закинув ее стройную ногу