Тайная ледяная академия. Клуб любовниц ректора

Первым, что я услышала, было завывание метели за окном. И выглянув в него, я застыла, увидев заснеженные пики скалистых гор, над которыми проносилась тьма уносимых ветром снежинок!

Мамочки, быть того не может! Неужели все это не розыгрыш похитителей с чрезмерно бурной фантазией, и я в самом деле перенеслась в Заполярье? Ох кошмар какой, как в такое вообще поверить можно? Бред же чистой воды!

— Ей! Чего глазами хлопаешь? — резко услышала я пронзительный голос, и обернувшись, увидела высокую женщину с пышными формами, одетую в теплую на вид темно-синюю мантию. Ее блестящие черные волосы были собраны на затылке в пучок, а красивые темные глаза с разрезом, типичным для дальнего севера, выглядывали из-за тонких стекол очков в красивой черной роговой оправе.

— Простите! — опомнилась я. Здесь не было так уж холодно, но я все равно ощутила мурашки по коже. — Меня… меня к вам отправили, сказали учиться, и…

— Да знаю я! — нервно перебила женщина. — Потому и пришла тебя встречать, запоздалая адепточка. Я Гитиннэвыт, смотритель общежития.

— Ой, какое имя… интересное. А можно вас просто Гити звать?..

— Нет, — строго перебила женщина, нахмурив черные брови.

— Извините.

— Иди за мной, — скомандовала Гитиннэвыт (ох мамочки, хоть бы это имя запомнить и случайно неправильно не произнести!).

Послушно кивнув, я последовала за смотрителем вниз по каменной лестнице.

— Слушай внимательно, повторять не люблю, — продолжала она. — Про то, что никакой связи с внешним миром не будет, ты наверное уже знаешь. Сейчас мы спустимся на склад и я выдам тебе все необходимое — одежду твоего размера, ванные принадлежности, канцтовары и так далее. А главное — планшет в жесткой защитной папке, с клавиатурой для пущего удобства. Он и будет твоим главным инструментом для учебы. Будешь в нем вести конспекты, прописывать и отправлять на почту преподавателям файлы с домашним заданием, там же загружены все учебники, которые понадобятся тебе за эти пять лет. Полюс на сервере основная внутрисетевая библиотека, если понадобится дополнительный материал.

— Постойте, а как же учебники, тетради, библиотека? — поперхнулась я. — Неужели в Академии магии всего этого не будет?

— Умоляю тебя, деточка! — хохотнула Гитиннэвыт. — Мы — самое престижное учебное заведение в этой стране! В наших выпускниках заинтересованы высшие государственные инстанции и многомиллиардные корпорации. Уж на планшеты там для нас расщедрились, чтоб наши адепты не возились с макулатурой и учились максимально эффективно. Конечно, у нас тут есть древняя библиотека, вот только ею уже пару десятилетий никто не пользуется, потому что все необходимые для учебы материалы оцифрованы и загружены на сервер локальной сети. Но учти, если испортишь свой плашент, новый так просто не дадут. В таком случае тебя, как минимум, будет ждать наказание, на котором ты должна будешь отработать его. А то и вовсе стоимость нового планшета припишут к твоему долгу за обучение, который тебе предстоит отработать по направлению после завершения учебы. Все поняла?

— Да.

— Вот и хорошо, — кивнула женщина, большим медным ключом открывая тяжелую дверь.

— Скажите, — решилась спросить я. — А почему если государство нас так хорошо спонсирует, замок не кодовый?

— Потому что код могут узнать адепты и начать таскать вещи со склада, — пояснила Гитиннэвыт. — А ключей всего два, замок же заколдован так, что ни один адепт не распутает и не пролезет сюда.

— Ясненько.

Когда смотритель достала из разных секций склада и водрузила на стол положенные мне вещи, я даже испугалась, увидев эту гору. Как же я все это до своей комнаты донесу-то? Но уже в следующую минуту Гитиннэвыт свистнула, и из темных уголков выбежало несколько странных ушастых существ с серо-зеленой кожей! Слажено и четко они распределили между собой вещи и выстроились ровным строем, последовав за смотрителем.

— Это гремлины, они живут в замке как наша прислуга и рабочая сила, — сказала она, вместе с чудиками выходя со склада. — Так, теперь по поводу комнаты. Они одноместные, в каждой есть ванная и туалет. Только у меня плохие новости в общем. Ты у нас опоздашка, а в этом году первокурсников было немного больше, чем обычно. И короче говоря, свободных нет.

— Как это, нет? — опешила я. — Где же я жить буду?

— Да не переживай! Когда нас за тебя предупредили несколько дней назад, мы подсуетились и кое-что сорганизовали.

— И что же?

— Я нашла очень неплохое помещение в подземелье корпуса общежития. Оно и просторнее обычных комнат будет! Гремлины там постарались, прибрались, ремонт сделали, канализацию провели, вентиляцию прочистили. Вышло вроде даже не хуже комнат в общаге. А если в следующем году снова не будет нашествия первогодок — переселим тебя в одну из освободившихся комнат. Но годик вот перетерпи. И нет, иначе никак.

— Ясно, — приуныла я. Повесив нос, молча шла за смотрителем… и немного запоздало поняла, что она неожиданно остановилась! В последний момент мне удалось затормозить, чтоб не врезаться в нее, и все равно я по-глупому зашаталась, потеряв равновесие! Еще секунда, и это закончилось бы падением со ступенек… как вдруг чьи-то сильные руки подхватили меня!

— Осторожнее, адептка, — услышала я и, распахнув глаза, затаила дыхание. Потому что поняла, что оказалась в объятиях мужчины просто неприлично красивого! Шикарно постриженные, объемные черные волосы до плеч, бородка в стиле ван дайк, выразительные скулы, и пленяющие каждую фибру души темно-пурпурные глаза.

— Извините, — слабо прошептала, тая от захлестнувшей тело дрожи. Ох, это слишком для меня! Близость его крепкого широкоплечего тела, пахнущее ментолом дыхание, исходящий от ладоней жар… Сейчас сознание потеряю!

— Простите за беспокойство, лорд ректор, — учтиво проговорила Гитиннэвыт.

— Лорд? — обескураженно переспросила я (естественно после того, как мужчина выпустил меня из объятий, осторожно поставив на ноги, и я сумела снова дышать). — Вы что, иностранец, да?

— От части, — обаятельно улыбнулся мужчина. Улыбнулся так, что я просто физически не могла отвести взгляд от его губ! — Моя мать была русской графиней, которая до революции вышла замуж за английского лорда. Но несколько лет назад я вернулся на ее родину…

— Мать? — икнула я. — Но ведь… Если ваша мать до революции вышла замуж, то вам же тогда должно быть…

— Лорд Константин Квинси продлевает свою молодость при помощи магии, — сказала Гитиннэвыт таким тоном, словно одергивала меня, чтоб я не задерживала человека дурацкими вопросами. — Он обладает очень редким даром, благодаря которому остановил свое старение в возрасте тридцати пяти лет. И если мне не изменяет память, сможет удерживать для себя время еще полвека, верно?

— Да, Гитиннэвыт, — вежливо подтвердил мужчина. — И цвет моих глаз — как раз печать заклинания. Но потом я постарею в два раза быстрее, и уже через тридцать лет после этого буду выглядеть на девяносто. Тем не менее, оно ведь того стоит, согласитесь!

— Трудно поспорить, — смущенно кивнула я.

— Лорд ректор, простите, что задержали вас, — проговорила Гитиннэвыт прежде, чем я снова открыла рот. — Мы уже уходим, я провожу новую адептку в ее комнату.

— А-а-а-а, это ведь она сегодня прибыла с небольшим запозданием? — словно припомнил мужчина. — Да-да. И насколько я помню, вы заселяете ее в подвале, верно?

— Все так.

— Понятно. Что ж, до встречи. И приятной учебы, адептка… Эвелина Заветова, я правильно запомнил?

— Да, — подтвердила я, пораженная тем, что ректор запомнил мое имя (узнанное, вероятно из личного дела). — До свидания.

— До встречи, — подмигнул он, направившись вверх по ступенькам.

Я же, следуя за Гитиннэвыт, продолжила спускаться вниз, пока не оказалась перед потрепанной деревянной дверью, от которой мне вручили ключ, едва ее открыв.

— Приступай к занятиям с завтрашнего дня и сделай все, чтобы влиться в учебный процесс. В принципе, ты не так много пропустила, — заговорила смотритель общежития, пока гремлины дружным строем заносили в комнату мои новообретенные вещи. — Твое расписание и план Академии в планшете, найдешь. Следующую неделю преподаватели не будут тебя особо дергать, но после не жди поблажек. Так что потрать это время на то, чтоб наверстать первые две недели учебы. Ну и как ты уже наверное поняла, твоя группа будет на год младше тебя, они только после школы и до этого целый год ни в каких других ВУЗах не учились. Группы у нас, кстати, пронумерованы по учебным годам. Ты в четырнадцатой, в следующем году она уже будет двадцать четвертой, потом тридцать четвертой, и так далее. Если появятся еще какие-нибудь вопросы — у нас нет связи с внешним миром, зато есть внутренняя сеть. Так что заходи на студенческий форум и спрашивай, чего не понятно — авось другие помогут. В общем вроде как и все. Разбирайся, а я пошла!

Оставив меня в комнате, Гитиннэвыт зашагала вверх по лестнице, а следом за ней, все так же ровным строем, и гремлины. Я же, заперев за собой дверь, страдальчески села на стул за своим рабочим столом.

Комната и вправду выглядела неплохо, даже уютно. Но здесь все равно было мрачно. А от мыслей о том, что меня запихнули в подземелье какого-то старинного волшебного замка, и вовсе передергивало!

Потому я буквально вскочила с места, едва не схлопотав сердечный приступ, когда прямо за моей спиной прозвучало:

— И как, обживаетесь понемногу, адептка Заветова?

Резко обернувшись, я вскрикнула, увидев стоящего напротив ректора!

— Что вы здесь делаете?! — выдохнула я, отступив на пару шагов назад… и тут же уперлась спиной в холодную стену.

— Зашел посмотреть, как у вас дела, — ухмыльнулся лорд Константин, наступая на меня, и молниеносно захватывая в плен своих темно-пурпурных глаз, от которых тело ощутило сладостные цепи.

— А это нормально? — заикаясь, прошептала я. — То, что лорд ректор наведывается в комнаты к адепткам своей Академии?

— Уверяю вас, в этой Академии нормально все, чего лорд ректор пожелает, — горячо выдохнул мужчина, прижимаясь ко мне всем своим крепким телом! И скользнув руками по моей талии вниз, сжал пальцы на бедрах.

— Что вы делаете? — охнула я, ощущая, как по телу проносится волна дикого жара!

— Все, что хочу, — прорычал он, бескомпромиссно впиваясь в мои губы своими жадными, настойчивыми губами!

Разум растворился и все, на что я оказалась способна, это сладостно дрожать, без остатка поглощенная поцелуем. Еще никогда я не целовалась вот ТАК, по-настоящему. После выпускного Ванька поцеловал меня, но это было совершенно не то! Как-то грубо, пошло, и не сказала бы, что приятно. Потому я даже представить себе не могла, будто поцелуй может быть таким вкусным! Изысканным, мастерским, настоящим произведением искусства. И что от него тело можно так разомлеть, а внизу живота — начать разгораться пугающий огонь.

Я ощутила это словно тысячи иголок, пронзивших меня страхом: скользнув рукой к ширинке джинсов, ректор расстегнул ее, просовывая пальцы под мое белье!

— Не нужно! — всхлипнула я, безнадежно пытаясь вырваться из власти пьянящего поцелуя.

— Не нужно чего? — хитро прищурился мужчина, осторожно водя подушечками пальцев по моей влажной плоти.

— Этого! — выдохнула я, кусая губы.

— Этого? — протянул он? — Хочешь сказать, что не нужно брать тебя?

— Пожалуйста, прекратите! — взмолилась я, запрокидывая голову и жмурясь, в то время как губы ректора коснулись моей шеи, оставляя на ней маленький засос. — Вы не имеете права делать это со мной! Я…

— Ну же, что ты сделаешь? — ухмыльнулся Константин Квинси. — Пока ты в этих стенах, то как и все остальные, полностью пребываешь в моей власти. А она здесь абсолютна, знаешь ли! И нет, жаловаться некому и нет как. Так что смирись с этим маленьким простым фактом.

Какой ужас, только не это! Все это время, что я берегла себя до свадьбы… Мне даже в голову прийти не могло, будто могу лишиться невинности вот так! С мужчиной, которого впервые увидела меньше часа назад! Что хуже всего, мое тело предательски желало этого мужчину. Желало не просто заняться этим, нет! Оно хотело именно ректора! С Ванькой у меня не было и тени подобных желаний, и на грядущую в будущем первую брачную ночь я смотрела как на нечто обязательное, что должна буду сделать, потому что так нужно; потому что я женщина и это моя обязанность — ублажать своего мужа в постели, родить ему деточек, и все такое. Потому теперь, когда каждая клеточка моего тела горела от прикосновений ректора Тайной Академии, я испытывала одновременно стыд, страх и неведомое ранее чувство, которое наверное называлось вожделением.

Все так же ухмыляясь, мужчина просунул палец глубже… и замер, как только я вскрикнула от несильной, но резкой боли!

— Надо же, так ты девственница? — с интересом проговорил он, осторожно водя пальцем по плеве. — Какая приятная неожиданность.

Мне казалось, что я сейчас расплачусь. Просто сойду сума от переполнявших меня противоречивых чувств! Но неожиданно лорд ректор отступил, выпуская меня из объятий. Несколько секунд я растерянно дышала и всхлипывала, пялясь на него, а после торопливо застегнула спущенные было джинсы и поправила футболку.

Он что, передумал? Пожалел? Или?..

— Знаешь, это будет интересно, — коварно проговорил мужчина, снова подступив ко мне. Но на этот раз — всего лишь чтобы провести пальцами по длинным белокурым волосам и коснуться шеи, завязывая на ней белую ленточку, появившуюся из воздуха. После чего опять, лишь на секунду, овладел моими губами, а в следующий миг уже исчез! Просто взял и исчез, оставив меня в комнате одну! Испуганную, растерянную…

И возбужденную.

Этой ночью я почти не спала — волнения минувшего дня, перемещение в магическую академию, а главное — домогательства ректора, которые так внезапно прервались! После всего этого голова кипела разными беспокойными мыслями. Так что на утро я направилась на занятия с немного опухшим лицом и мешками под глазами.

Та лента, которую ректор завязал на моей шее, почему-то отказалась развязываться! Как я ни пыталась от нее избавиться, все оказалось тщетно. Но что самое странное, она не намокла, когда я сходила в душ, и даже не мешала — ни тогда, ни ночью, ни теперь. Просто красиво колыхалась с каждым моим шагом, изящно выделяясь в копне распущенных белокурых волос до талии.

Среди одежды, которую мне выдали, было несколько брюк и длинных утепленных юбок темных цветов, набор светлых блуз и галстуков, парочка теплых кофт и толстовок, а так же три мантии — темно-синих со светло-голубой отделкой, каждая из них разной степени утепленности. Кроме того два набора теплой одежды, очевидно предназначенной для прогулок вне корпуса, и теплая шуба из длинного, густого и очень мягкого белого меха. Наверное будь на моем месте какая-нибудь богатая девочка из большого города, для которой походы по салонам меховых изделий — обычное дело, она бы непременно определила, из какого животного сняли шкурки ради пошива этой шубы. Но меня, увы, жизнь таким не баловала. Раньше приходилось носить только максимально недорогие пуховики, ватники и парки.

С одной стороны, мне было очень жаль этих животных. И в то же время этот мех… он был таким красивым и приятным на ощупь! Разбирая утром вещи перед парами, я на несколько минут потерялась, не выдержала и набросила на себя эту шубу, покрутившись в ней перед зеркалом. И зажмурившись мурлыкала, нежась от прикосновений щечек к нежному вороту. Просто до жути не хотелось выскальзывать из этой шубки, вешать ее в шкаф и идти на пары! В шубке была зона комфорта, а за ее пределами — не просто новое учебное заведение, а настоящая волшебная академия, еще и закрытая, засекреченная, и неизвестно, с какими порядками.

Но пришлось! Потому в конце концов повесив шубку в большой резной шкаф, я тяжко вздохнула, собралась, покинула комнату, заперев дверь на замок, поднялась по крутым ступенькам наверх и направилась на занятия.

Благо в стенах этой академии была не только внутренняя сеть, но еще и какой-то локальный аналог GPS-навигации, работающей в пределах замка. Так что запустив приложение с картами и планами здания, я задала как пункт Б аудиторию, в которой должно было пройти первое занятие, и уверенным шагом направилась туда.

Как я уже успела выяснить, немного посидев на внутренних сетевых ресурсах, первые три курса в этой академии были общими. А уже перед началом четвертого адепты выбирали магическую специализацию и следующие два года направленно изучали ее тонкости. Причем количество мест на каждой было строго ограничено и на те, которые считались самыми престижными, всегда был большой конкурс. Получается если я пойму, что у меня душа лежит к какой-нибудь из них, нужно будет как следует стараться, дабы меня на нее взяли.

Но не буду забегать наперед. Главное для начала просто приспособиться к этому месту.

Странно. Может у меня просто фантазия взыграла, но я готова была поклясться, что добрая половина адептов, мимо которых я проходила, как-то подозрительно на меня косились, а после сразу доставали свои планшеты и что-то в них писали. Сначала я старалась просто не обращать на это внимание — мало ли. Но потом какая-то девушка почти не таясь подняла свой планшет, направляя его на меня, и я услышала звук камеры! А затем торопливо заводила пальцем по экрану, вероятно набирая сообщение.

Стало неуютно и я поежилась, прижимая к груди собственный планшет в прочном чехле. Да что здесь происходит? Не может же такого быть, чтоб новенькая адептка, присоединившаяся к потому всего на пару недель позже, вызвала настолько бурный интерес!

Разволновавшись, я замедлила ход и в результате добралась до аудитории буквально за минуту до начала пары. И стараясь не обращать внимания на скользящие по мне взгляды, заняла свободное место в последнем ряду.

Вскоре вошел высокий худощавый профессор в белой мантии, расшитой голубым, и начал лекцию. Я всеми силами старалась понять, о чем же он говорит, но его слова удавалось воспринять лишь частично. Потому я молча конспектировала в файл для лекций по общей теории магического права. Насколько мне удалось понять, речь шла о законах, которые касались носителей магического дара, попадавших под особую юрисдикцию федерального министерства магии. Наверное лучшим вариантом будет разговориться с однокурсниками и попросить кого-нибудь скинуть конспекты лекций за прошедшие пару недель. В крайнем случае — изучить учебники из списка рекомендованной литературы и материалы для адептов, если конспектов без пояснений преподавателей окажется недостаточно, чтобы вникнуть в суть вопроса. Думаю, справлюсь! Голова-то в учебе у меня всегда хорошо соображала. Не зря ведь поступила в столичный университет и получала там стипендию!

Когда лекция закончилась, я направилась с потоком в следующую аудиторию. Но уже на полпути ко мне подлетела стройная смуглая черноволосая красотка, на шее которой была завязана алая лента с двумя золотыми полосками на ее кончике. И преградив путь, уставилась на меня выпученными глазами.

— Не может быть! — наконец проговорила она, подойдя ко мне поближе. И теперь я поняла, что девушка рассматривает белую ленту на моей шее. — Серьезно? Новенькую? Просто вот так с бухты-барахты?

— Рада, не горячись, — деликатно окликнула ее симпатичная, но неброская русоволосая девица.

— Не горячиться?! Не горячиться?! Да это бред какой-то! — прошипела она. А после, впившись взглядом мне в глаза, отчеканила: — Запомни, новенькая, это еще ничего не значит!

После чего резко развернулась и гордой походкой удалилась, оставив меня в растерянности посреди коридора.

Что вообще сейчас произошло? И что какое-то «это» должно «значить»? Шатаясь, я подошла к подоконнику и села на него, прислонившись к стене. За стеклом сияло яркое солнце, отбивающееся от маленьких кристалликов снега, на которых играло мириадами морозных оттенков.

— Не бери в голову, ее просто жаба задавила, — хихикнула подошедшая ко мне миниатюрная красавица с яркими рыжими волосами. Которую сопровождали две девушки наружности довольно блеклой, но при этом приятной.

— То есть? — растеряно пробормотала я, посмотрев на девушек.

— Ну, Рада ведь до середины третьего курса из кожи вон лезла, пытаясь привлечь внимание ректора, пока не получила свою белую ленточку. А после — еще месяца три-четыре, прежде чем ей вручили красную. И тут новенькая получает статус претендентки, едва ступив в портал!

— Какой еще претендентки? Я вообще не понимаю, что это за ленточки, и из-за чего весь сыр-бор! — отчаянно простонала я.

— Да неужели? — протянула рыжая с коварной улыбкой. — Так ли уж не понимаешь?

— О чем ты?

— Ну хватит, мы ведь все здесь взрослые девочки! — подмигнула она. — Не за красивые же глазки ректор тебе ее дал. Чем-то ты его, а поразила, — хихикнула девица, соблазнительно закусив губу. И в тот же миг я вздрогнула, ощутив как каждую частичку меня захлестнуло страхом, паникой и стыдом.

— Что происходит в этом месте? — слабо прошептала я. — Вообще ничего не понимаю, вот совсем…

— Неужели? — заинтересованно проговорила девушка. — Забавненько. Очень забавненько. В общем, Эвелина… Эвелина ведь? Понимаешь, в Тайной Ледяной Академии есть круг адепток, к которым у нашего ректора очень особое отношение.

— Особое отношение?

— Они спят с ним, — без смущения сообщила рыжая. — Это закрытый клуб, и кого попало туда не берут. Если же удалось, и ректор повязал тебе на шею красную ленточку, то ты считай в шоколаде! Даже если интерес к любовнице у него пропадает — навсегда или на время — он обычно не исключает ее из клуба, если только адептка не вытворит чего-нибудь из ряда вон. Или не выбесит его, умышленно навредив другой любовнице, нагрузив бабскими склоками, наставив рога, и все такое прочее. Те адептки, которые выбиваются в этом клубе в любимицы ректора, получают золотые полосочки на свои ленты. Чем больше полосок, тем выше статус. В данный момент лидирует четверокурсница Инга, у нее их целых четыре, и она считается фавориткой ректора. Но что самое главное… Все девушки из клуба автоматически становятся элитой Ледяной Академии. Каждая из них получает особые привилегии, им обычно достаточно просто ткнуть пальчиком и сказать: «ХОЧУ!», — чтобы получить если не все, то многое. Брендовые вещи, гаджеты, украшения, красивое белье, дорогие средства по уходу за телом и лучшая косметика… Достаточно либо попросить у смотрителя, либо построить глазки ректору после жаркой ночи, и он обязательно организует своей послушной девочке подарки! И в этом замке им позволено то, чего не позволено другим. Даже преподаватели к ним относятся более снисходительно, чем к остальным адептам. И естественно, никому не позволено огорчать королев академии. Для примера… когда я была на первом курсе, мой одногруппник — деревенский парень, воспитанный в глубоко верующей семье — назвал одну из любовниц ректора грязной шлюхой. После этого того парнишку не видели недели две, а вернулся он вообще без лица! Словно все то время его в каком-то подземелье пытали да голодом морили.

— Ой мамочки! — забормотала я, нервно сминая пальцами синюю мантию.

— Ага. С членами клуба любовниц ректора просто обязаны быть максимально вежливыми все — что адепты, что преподаватели. Кроме того, быть друзьями таких девушек тоже кое-чего стоит, — подмигнула рыжая, очевидно на что-то намекая. — Потому, Эвелинушка, тебе выпал самый настоящий счастливый билет! Просто хрустальная туфелька прямо с порога!

— Погоди, ты имеешь ввиду, что…

— Верно, милая, — кивнула девушка. — Белая ленточка на шее — знак претендентки на вступление в клуб. И если ты по-настоящему впечатлить ректора, если он решит повязать на тебе свою красную ленточку, то все пять лет учебы будешь как сыр в масле!

— Нет, я не хочу! — резко вскрикнула я, испуганно обхватив плечи.

— Как это, не хочешь? — опешила рыжая.

— Не собираюсь я быть для кого-то восьмой на очереди постельной грелкой!..

— Вообще-то двадцать третьей, — поправила девица, вгоняя меня в новую степень шока. — Если, конечно, за то время, пока ты будешь ходить с белой ленточкой, он не разжалует кого-нибудь из своих, или не возведет в статус любовницы кого-нибудь еще.

— Бред какой-то! — сбиваясь, пробормотала я. — Просто бред-бред-бред! И вообще… извините, девочки, но мне на следующую пару пора, а то опоздаю!

Суетливо соскочив с подоконника, я со всех ног побежала по коридору. Благо успела забежать в аудиторию и занять место прежде, чем началось занятие.

Вот только сосредоточиться на лекции никак не получалось. Услышанное просто не шло у меня из головы! Нет, подобное — точно не для меня! Конечно, я знала, что многие другие девушки активно занимались ЭТИМ до свадьбы, но сама вот вообще никак не собиралась поступать подобным образом и ложиться в кровать мужчины, который не был моим мужем! Потому нужно будет сразу же, резко, четко и ясно обозначить границы для этого мужчины, персонально, при первой же возможности!

Когда пара закончилась, я решила использовать большой перерыв для того, чтобы сходить в кафетерий и перекусить. Как мне уже было известно, еда там бесплатная для всех адептов. Но для избранных есть особый прилавок, где можно заказать более изысканные блюда, нежели пюрешка с котлетой и салат оливье.

Благо я избалованной в еде никогда не была, потому и блюд на общем прилавке для меня было более чем достаточно! Набрав себе столько, чтобы унять голод, но в то же время не переедать, я села за столик и принялась торопливо уплетать омлет, а на десерт взяла черный кофе и круасан с малиновой начинкой.

До конца перерыва оставалось чуть больше десяти минут, когда я принялась за кофе… и услышала рядом с собой пугающе знакомый голос.

— Доброе утро, адептка.

Задрожав, я из последних сил поставила кофе на столик, дабы не пролить его, и испуганно подняла взгляд, чтобы встретиться с темно-пурпурными глазами ректора.

— Я уже соскучился, — проговорил он с коварной улыбкой, касаясь пальцами моего подбородка…

Резко вскочив на ноги, я с вызовом посмотрела на него! Сейчас мне нужно быть максимально твердой и четко обозначить свою позицию!

— Ректор, не прикасайтесь ко мне! — заявила я.

— Надо же, первокурсница решила набить себе цену, показывая зубки? — ухмыльнулся мужчина.

— Ошибаетесь! Никто здесь не набивает себе цену и не играет в игры. Я не собираюсь присоединяться к вашему милому клубу, так что развяжите эту свою ленточку и заберите ее себе!..

— Эвелина, я развязываю ленточки на шее своих девочек только тогда, когда занимаюсь с ними сексом, — с издевкой хмыкнул он, подступив ко мне на шаг. — И закончив, завязываю обратно.

— Повторяю: я не буду «вашей девочкой»!..

— Тебя ведь никто не спрашивает, — пожал плечами ректор. — Не забывай, здесь я делаю что хочу. И получаю то, что хочу. Всегда. Вроде как странно, тебе ведь уже по графику должны были бы объяснить, что белой ленточке следует радоваться…

— Иди к черту, наглый козел! — не сдержавшись, закричала я, отступив на полшага. — Я не буду с тобой спать, понял?! И не собираюсь терпеть, когда всякие напыщенные индюки делают мне такие непристойные предложения!..

— Это не предложение, Эвелина, — перебил ректор, не скрывая раздражения. — Всего лишь данность. Я захотел тебя, такова моя воля. Значит ты БУДЕШЬ спать со мной, дрянная девчонка…

Мгновенно взорвавшись от гнева, я не думая схватила со столика чашечку кофе и одним резким движением выплеснула ее содержимое прямо в лицо лорду ректору!

— Зря ты это, ой зря, — протянул мужчина, вытирая лицо салфеткой с ближайшего столика.

— Да ладно?! — заявила я, осмелев от своей безумной дерзости. — Ну и что ты мне сделаешь? Что? Исключишь? Думаю это пришлось бы объяснять государству, маги ведь очень важны, и сомневаюсь, что адепта можно выставить отсюда просто так! Значит, этого сделать ты не можешь. В таком случае что ты можешь мне сделать?..

Вместо ответа ректор резко схватил меня за руку и, не обращая внимания на взгляды шокированных адептов, поволок к ближайшей двери. Которая, как оказалось, вела на кухню.

— Вон, — прорычал мужчина поварам. Те, не смея спорить, молча ретировались, закрыв за собой дверь.

Мы остались одни. И в этот момент вся моя смелость улетучилась. Стало просто страшно!

— Послушайте… — заикаясь, протянула я, как вдруг меня прервала рука ректора, резко зажавшая мне рот!

— Что я с тобой сделаю? — безумно ухмыльнулся он, магическим импульсом сбрасывая с кухонного стола продукты и утварь, чтобы легко усадить на него меня. — Что я с тобой сделаю, Эвелина? Неужели ты правда не догадываешься, что мужчина может сделать с женщиной? Особенно с той, которая не знает, когда лучше прикусить язычок? — прошипел он, толчком в грудь заставляя лечь спиной на холодную столешницу! — Подсказываю: очень и очень многое!

Я вскрикнула. Распахнув мантию, ректор задрал мою юбку и раздвинул ноги.

— Нет!.. — тихо пискнула я, а в следующий миг мне в рот засунули кляп из какой-то первой попавшейся кухонной тряпки!

— Заткнись хоть сейчас и молча получи наказание за свою дерзость. Для своего же блага, — выпалил он, стягивая с меня трусики.

Ох нет, только не это! Как же… как же я во все это вляпалась? Почему все это со мной происходит? Не хочу ТАКОГО первого раза! Пусть даже от этого мужчины все мое тело горит, я не хочу лишиться девственности вот так, чтоб меня изнасиловали на кухне кафетерия!

Зажмурившись, я тяжело вбирала легкими воздух, ощущая на коже своих бедер дыхание ректора. Сухие, нежные подушечки его длинных пальцев. И губы, которые чувственно касались моих ножек, с каждым поцелуем поднимаясь все выше и выше.

Неужели… неужели он сейчас… Ох!

Ощутив язык ректора на своих лепестках, я вздрогнула и выгнулась дугой. Как стыдно! Как же стыдно! Я и подумать не могла, что когда-нибудь, даже после свадьбы, мужчина коснется меня там ртом! Но сейчас это происходило. И делал это со мной отнюдь не мой муж — просто лорд ректор магической академии, с которым я впервые встретилась только вчерашним вечером. Еще и суток не прошло с тех пор, как он подхватил меня на лестнице. Но вот уже его рот орудует в самой чувствительной точке моего тела, где я сама стеснялась касаться себя, делала это только изредка, тихо, под одеялом, чтоб никто не слышал, и потом несколько дней мучилась от стыда перед самой собой!

А самым ужасным было то, что мне нравились все эти непристойности! Нравилось чувствовать язык ректора, скользящий по возбужденной плоти. Нравилось ощущать его бородку, которая легонько покалывала меня. И губы, нежно целующие меня, прежде чем выпустить в мои лепестки верткую змею языка. Со всей силы впиваясь зубами в импровизированный кляп, я испускала грудные стоны, которые казались такими громкими… Сомнений нет: там, под дверью, собрались адепты, повара, преподаватели. И они слушали, как я стону от ласк ректора! Слушали и качали головами, одновременно с интересом прикусывая собственные губы.

В один момент все мое сознание накрыла белая вспышка, с которой по телу пронеслась волна искристой судороги! Не выдержав, я застонала так громко, что сама едва не оглохла от своих стонов. А ректор, прижимаясь ко мне ртом, с силой сжал пальцы на моих бедрах, слегка их массируя.

Когда безумный калейдоскоп красок немного поутих, мужчина потянул за краешек тряпки, вытягивая кляп из моего рта, и я начала жадно дышать, дрожа словно листочек на ветру. Просто не верилось в то, что такое могло произойти со мной…

— Запомни один урок, Эвелина, — с издевкой проговорил лорд ректор, и тут я поняла, что он стоит передо мной, спустив штаны, и придерживает рукой твердый просто поражающий своим размером мужской орган! Я никогда не видела этого в живую, но иногда тихонько лазила в сети по ночам, потому видела их на фото и видео. И таких больших даже в интернете найти было непросто! — Не в меру дерзкие и чрезмерно хамящие девочки выходят сухими из воды только в слишком глупых сказках. А реальность намного суровее…

Закусив губы, я замычала и сжала кулаки. Подойдя вплотную, ректор прижал свое естество к моему истекающему соками цветку, и с ухмылкой провел им по нему. Ярко-розовая головка немного нырнула внутрь, нащупывая плеву, и слегка надавила на нее, от чего я тихонько вскрикнула от легкой боли.

— Умоляю, простите! — залепетала я, резко зажмурившись. — Я… я больше не буду так, честно! Только не нужно…

— Смотри, как запела! — прорычал Константин Квинси, скользя органом по моей плоти. Как вдруг резко отступил от меня и натянул штаны! А после, подойдя, провел пальцами по моей щеке вниз, словно крючком цепляясь ними за кончик подбородка: — Запомни, Эвелина, очень скоро я в самом деле развяжу на тебе эту ленточку. Но это будет немного позже, с тобой я хочу поиграть в игру поинтереснее!