Мой ангел

Несколько дней спустя

Сумерки давно окутали земли Альдеров, и в городе стало непривычно тихо. Свет в домах погас, улицы опустели. Единственное окно светилось на верхнем этаже замкового крыла, в покоях Гернесса.

Мягкий свет лампы подсвечивал золотые волосы девушки, которая смотрела в темноту за стеклом. Потом она отвернулась, остановила взгляд на неподвижной фигуре брата, укрытой белым одеялом. Его глаза по-прежнему были закрыты, дыхание еле заметно. Как и вчера, и позавчера. Час назад, уже потемну, уехал последний лекарь, доктор Морине. Его порекомендовал сам отец Тора, и Лиция ощутила жгучий укол надежды, но тем хуже было для нее. Лекарь долго осматривал принца, многозначительно хмыкал, но под конец, как и другие до него, извиняясь, развел руками. Вердикт был все тот же. Угрожающих жизни симптомов нет. Следов ни одного из известных ядов не обнаружено. Магия на низком уровне, но не истощена до опасного предела. Тем не менее принц спал, и ничто не могло вывести его из забытья. Или небытия?..

Слезы снова принялись ее душить, потом иссякли. Королева постояла у кровати, холодными губами поцеловала брата в лоб и тихо вышла. Завтра ее ждал очередной день: утренние часы приема подданных, дела и проблемы государства, много новых проблем. Время словно остановилось, вся жизнь потонула во мраке, и в эти дни для Лиции было особенно важно выглядеть и держаться безупречно. С чем она неплохо справлялась, пока ей удавалось не думать о застывших комнатах Гернесса, о подобострастных жестах его молчаливых сиделок. Эти девушки точно не были в его вкусе, вряд ли он обрадовался бы, если бы вдруг очнулся и застал одну из них возле себя. Если бы он только открыл глаза!

Подходя к своим покоям, Лиция почувствовала движение за спиной, но не обернулась. Она сосредоточилась на том, что снова и снова пыталась активировать их с братом ментальную связь. Хотя это и напоминало удары головой в глухую стену, это было то единственное, что она могла делать.

— Госпожа… — кто-то осторожно коснулся ее плеча. Но никакой реакции не последовало. Она снова ушла в себя, и это пугало ее близкое окружение. Если Ангелина сейчас готовится к активным действиям, что они будут делать? Кто защитит мирных жителей? К войне ничего не было готово. Не лишились ли они своей хладнокровной и решительной правительницы?

— Не хочу никого видеть, — наконец прошептала Лиция и взялась за дверную ручку. Но удаляющихся шагов не последовало. Она обернулась.

Перед ней стоял Саймон, одетый в военную форму и кожаные сапоги. Он показался ей неожиданно высоким. За спиной у него висело ружье. Но главное, что ее поразило, это его торжественно нахмуренные брови и блестящие глаза.

— Госпожа, — со значением повторил он, — прошу простить, но это дело не терпит отлагательства.

— Ну ладно, входи и поговорим, — со вздохом сказала Лиция.

Сумасбродная Ангелина попортила достаточно крови всем четырем кланам, особенно пока они не представляли, кто их противник и что ей было нужно. Ее опасное безрассудство стало очевидным, когда у династии Альдеров попросила заступничества девушка Ева, которую Ангелина с помощью темной метки сделала своей марионеткой и заложницей.

Но это ещё были цветочки. Все изменилось в одночасье, когда Ангелина сумела получить