Обряд (Ведьма-2)

Заказчика впору назвать идиотом, чего делать ни в коем случае нельзя. Когда исполняешь любой каприз за его деньги, называть вещи своими именами можно только про себя.

Владимир с трудом дождался завершения переговоров и решительным шагом покинул рабочее место, чтобы дать остыть возмущённо кипящему разуму. Нет, ну как можно всерьёз воспринимать человека, который заявляет, что прямые углы в дизайне недостаточно квадратные, а сочетание цветов недостаточно романтичное?

И ведь не бросишь, не выругаешься, не повертишь пальцем у виска. Дизайнеров в их отделе трое, и Владимир там вроде как младший, ему доставались самые неприятные клиенты. При этом не слишком «толстые», самых перспективных обслуживали другие дизайнеры. Ну и где, спрашивается, справедливость?

Ладно, полчаса отдыха, потом клиент снова выйдет на связь. И где только найти правильные слова, чтобы все остались довольны...

Владимир прошёл лабиринтом проходов, здание Управы, в котором его компания снимала половину этажа, построено очень и очень давно, и достраивали его не раз и не два. «Минус первый этаж» сейчас — непередаваемо мрачный и сложный лабиринт. Минотавр тут бы и поселился. Удивительно, что нет слухов об исчезающих здесь людях.

Владимир почти достиг мало кому известного заветного закутка, здесь можно в своё удовольствие постоять, выпить кофе, насладиться тишиной и спокойствием, как услышал... плач. Вот ещё новости! Судя по голосу, плакала девушка. Определять возраст по характеру рыданий Владимира не учили.

Владимир чуть не столкнулся с ней: девушка явно услышала шаги и попыталась скрыться, но что-то перепутала и бросилась не от него, а навстречу. Владимир успел заметить, что девушке лет двадцать пять, что она рыжеволоса, носит косичку, и одета во всё чёрное. Чёрная юбка до пят, чёрные туфли и чёрная кофта, или как это назвать — интересная нынче мода!

— Агафья Камышова, стажёр второго ранга департамента внутренних расследований Инквизиции! — доложила девушка внезапно.

Только что по стойке смирно не встала. Будь Владимир в нормальном настроении, то расхохотался бы. Вот ведь чудит! Но сейчас захотелось только застонать: «Только не это, ещё одна чокнутая!».

— Младший дизайнер Владимир Кремень к вашим услугам, — в тон ей ответил Владимир, стараясь сохранять серьёзность. — Что случилось, стажёр Камышова?

Девушку словно молнией поразило. Она замерла, уставившись на Владимира широко раскрытыми глазами, а затем бросилась к нему и закатала правый рукав его свитера. Охнула, вернула рукав на место, поспешно отошла и низко поклонилась. Только что лбом пола не коснулась.

— Простите, господин младший дизайнер! — торопливо добавила девушка.

— Я не в обиде, — ответил Владимир, которому теперь захотелось проснуться. Утром в субботу у себя дома, и чтобы никаких чокнутых поблизости. — Так что случилось?

Теперь он увидел, что Камышова что-то прятала в кулаке левой руки, а саму руку завела за спину. Владимир вновь подавил рвущийся на свободу смех, и протянул ладонь: «Покажите». Девушка поджала губы, но безропотно протянула левую ладонь и раскрыла её. На ладони лежал круглый медальон из серебристого металла, на цепочке. И что?

— Мой пропуск, — горестно прошептала девушка. — Я не знаю, как это случилось!

— Можно? — Владимир взял медальон, девушка отвела взгляд в сторону, и украшение внезапно засветилось.

Владимир едва не выронил безделушку, а девушка ахнула.