ЭЛЬФЫ, ВОЛШЕБНИКИ И БИОЛУХИ.

Апрельский денек начинался прекрасно. Дождик, моросивший всю неделю, и изрядно портивший мне настроение, наконец-то решил отвалить в чужие края. Небо было чистым и обещало теплый солнечный день. Молоко не убежало, овсянка, которую мы с мужем тихо ненавидели и ели только для тренировки силы воли, не пригорела, а кофе не залил плиту. И на автобус (государственный) я вовремя успела, не измазавшись по уши, и с соседкой (стервой, занудой и сплетницей) не встретилась. Даже студенты решили взять выходной, и не плевались бумагой, не болтали, и не писали на партах. Никому не хотелось учиться, а мне не слишком хотелось их учить. Так что мы быстро провели занятия без шума и пыли, и смотались якобы на пруд за образцами, а на самом деле по домам. Все складывалось слишком хорошо. Стоило бы насторожиться, но куда там! Я была счастлива, как после прослушивания очередного выступления Жириновского! И решила устроить для нас с мужем маленький семейный праздник. Свечи, вино, лирическая музыка, танцы с продолжением в горизонтальном положении... Ники согласился со мной, сказал, что в апреле гормоны еще сильнее требуют праздника, чем в марте, и пообещал приехать домой к семи. Оставалось полчаса до назначенного срока. И я сейчас следила за мясом, за пирогами с повидлом, которые обожал муж, и одновременно резала салат, стараясь не оставить в нем своих пальцев. Было уже полседьмого, когда в дверь позвонили. Я развязала передник, окинула взглядом стол и кивнула. Все готово, осталось только подать на стол. И пошла, открывать, на ходу поправляя прическу.

- Явился? Мой руки и... - слова застряли у меня в горле, потому что вместо Ники на пороге я увидела какую-то девицу.

- Здравствуйте, Валентина Алексеевна, - вежливо улыбнулась она.

- Чего надо? - невежливо спросила я. Потом надела очки и оглядела гостью с головы до ног.

- Мне надо с вами поговорить.

- А с чего вы решили, что МНЕ это надо? - я не торопилась впускать нахалку в дом. Быть грубой я тоже не боялась. Я ее раньше в глаза не видела, никто мне о ней не говорил, сама пришла. Вот пускай сама и объясняется. Хотя девица была красива этакой модельной красотой. Высокая, под два метра, пергидрольная блондинка с голубыми пустыми глазами и фигурой Кощея бессмертного. Сплошные кости в разные стороны. Ну, если она и жвачку жует... Жует, точно, вон челюсти двигаются, как у американских суперменов, или как у российских коров.

- Вы предпочтете разговаривать на лестнице? - спросила она.

Я предпочла бы выкинуть ее и захлопнуть дверь, но что-то подсказывало мне – не поможет. Еще в окно полезет, стекло разобьет…

- Косметика, лекарства и бытовая техника мне не нужны. Или вы продаете что-то еще?

- Я ничего не продаю! - в глазах женщины сверкнули молнии.

Я особо не испугалась, громоотводы сейчас не редкость. И насмешливо прищурилась.

- Тогда о чем нам говорить?

- О вашем муже.

Я пожала плечами.

- Валяйте, заходите.

Услышать какую-нибудь гадость я не боялась. Я люблю своего мужа, а он любит меня. И даже если он сбегал налево, мне наплевать. Это такие мелочи! Не верите? Ваше дело. Только я не вру. Я искренне считала, что муж может иногда гульнуть на стороне, набраться опыта, узнать что-нибудь новенькое. Главное потом вовремя затащить его на

профосмотр в КВД. А все остальное мелочи. Здоровый левак укрепляет брак и приносит женщине милые маленькие сувениры.

Блондинка с брезгливой гримасой на тощей раскрашенной мордашке огляделась вокруг.

- Бедно живете. В комнату не пригласите?

- Разуйтесь и проходите, - пожала я плечами.

Разувшись, блондинка значительно потеряла в росте. Я ей позавидовала. Вот хоть пристрелите, никогда не понимала, как можно носить сапожки на пятнадцатисантиметровой платформе и не ночевать в травмпункте. Мой личный предел – десять сантиметров, и то не шпильки, а что-нибудь типа копыт.

В гостиной незнакомка опять огляделась.

- Решили устроить вечер на двоих, Валентина Алексеевна? - ехидно спросила она. - Должна вас огорчить, вечер отменяется.

- Вы, наверное, мексиканских сериалов насмотрелись, дорогуша, - покривилась я. - Говорите-ка коротко и по существу, а то я и на дверь показать могу. Шваброй.

Блондинка упала в кресло и положила ногу на ногу.

- Будем знакомы, меня зовут Орланда ан-Криталь, но вы можете называть меня просто Ольга.

- Меня вы уже знаете. Что дальше? - Интересно, кто дал ей такое дурацкое имечко? Я знала мальчика, которого звали Дележив (дело Ленина живо) и девушку с именем Прапемая (праздник первого мая), но Орланда? Или она не русская? Ладно, сейчас разберемся, кто есть ху.

- Не знаю, как и начать. Валентина, вы...

- Алексеевна, - перебила я.

- Хорошо, Валентина Алексеевна, вы знаете, КТО ваш муж?

- Серов Николай Игоревич, историк, работает в хранилище, - пожала я плечами.

- Ошибаетесь.

Я насмешливо разглядывала эту дуреху. И даже не комплексовала. Я же говорила, что ждала мужа? Я уже и оделась и накрасилась и причесалась. Хотя дома я всегда хожу хорошо одетой. Никогда не понимала женщин, которые одеваются для улицы, а дома ходят лахудрами. Живем-то мы с мужем, а не со знакомыми. Сейчас я выглядела так же шикарно, как и Орланда. Только в другом стиле. Не топ-модель, но жена и мать. И смотрела на блондинку с легким превосходством. Это ж надо - так себя изуродовать! А главное – во имя чего? Моды? Пф-ф…

- Да неужели? И в чем же?

- Для начала, он не Серов Николай Игоревич.

- А кто? - ласково спросила я. Интересно, она психбольная, или просто аферистка?

- Его зовут Серый Ник, - торжественно объявила Ольга.

Я кивнула.

- Хорошо. Пусть его зовут Серый Ник. Пусть его даже зовут Старый Ник (в Англии – одно из имен черта. Старый Ник.), мне это безразлично. Что дальше? - Мне неожиданно стало смешно и захотелось поиздеваться над блондинкой. - Вы пришли сказать мне, что ждете от него ребенка, или что он любит только вас?

Блондинка отчаянно замотала головой.

- Нет, нет!!! Все не так!!! Не перебивайте меня, Валентина Алексеевна, мне и так тяжело!

- Еще бы, - не удержалась я. - По вас и видно, что умственная деятельность не для вас.

Блондинка сверкнула глазами, но все-таки удержалась от грубостей и продолжила:

- Вашего мужа зовут Серый Ник, и он не историк! Он - колдун! Вэари!

Я кивнула еще раз, напомнив себе о китайском болванчике.

- Хорошо. А вы кто?

- Так вот, - продолжала блондинка, не обратив внимания на мой вопрос, - колдуны выбирают себе мир по вкусу, живут там, как обычные люди, иногда даже женятся. Но ни-ког-да не заводят детей! Ни-ког-да!!!

Меня невольно заинтересовал рассказ.

- Почему?

- Это долго объяснять! Но я попробую вкратце, тем более вы кандидат биологических наук и не должны быть такой идиоткой, как кажетесь.

Идиотку я ей спустила. Временно.

- Все вэари проходят нечто вроде инициации, - продолжала разглагольствовать блондинка. - В этот момент их генетический код стирается. Он уже не несет информации о самом человеке. Вы же знаете, вы наверняка читали, что спираль - это основополагающая форма вселенной. Так вот, в момент инициации, генетическая цепочка колдуна или ведьмы, с вашего позволения, вэари, необратимо изменяется. Теперь она несет закодированное знание о вселенной! Представьте себе яйцеклетку - с одной стороны нормальное ДНК, с другой - вселенная в миниатюре! На первом же этапе они начинают распадаться. И яйцеклетка гибнет. Детей не получается ни при каких условиях. Это одна сторона. Наши ученые проводили эксперименты, и выяснили, что может быть и по-другому. Во-первых, колдун может иметь ребенка только от другого колдуна...

Монолог начал действовать мне на нервы.

- А колдунья - только от другой колдуньи. Ну и извращенцы, - опошлила я.

- Не смейтесь! - вспыхнула Ольга.

- Да я и не смеюсь, я плачу...

Действительно, какой уж тут смех? Тут лечиться надо. Может посоветовать ей знакомого психиатра? Нет, пока подожду. Посмотрю, как наша встреча пойдет дальше. Терпением и ангельским характером я не отличаюсь, так что возможно придется приглашать к блондинке не психиатра, а травматолога. Или вызвать сразу обоих? Пару недель на реланиуме - и ты как новый. А гипс, который придется ей накладывать после нашего общения, сыграет роль смирительной рубашки.

- Пойдем дальше. Возможен и третий вариант. Наше сообщество пополняется не только изнутри, но и извне. Кое-кто из людей способен пройти инициацию, но только если этот человек обладает врожденными магическими способностями. Но и тогда это очень сложно. Проходит примерно один человек из миллиона. Это не преувеличение, а статистика. Поэтому в среде колдунов установлен строгий контроль размножения. Каждому колдуну и каждой ведьме назначается пара, с учетом их магических способностей, физических, умственных, и.т.д., и.т.п. И они должны родить не менее одного ребенка в тысячу лет. Мне уже шестьсот девяносто два года!

- Хорошо же вы сохранились.

Я ни на секунду не верила этому бреду. Колдуны, вэари, генетический код, контроль рождаемости... Вы лучше послушайте, что придумывают студенты для халявного получения зачета! После сессии такие убогие выдумки вас просто рассмешат.

- И я хочу, чтобы вы отпустили своего мужа! Отдайте его мне, Валентина Алексеевна!

Я фыркнула. Жалко девчонку. Такая молодая, а уже свихнулась. Но я недаром уже год воевала со студентами. И отлично знала, что с сумасшедшими спорить не надо. Достаточно подстроиться под их видение мира и неназойливо выкинуть из своей жизни к такой-то матери.

- Простите, а почему вы не хотите подождать? Вам около семисот лет? Прекрасно! Больше пятидесяти лет мы с мужем так и так не проживем, экология не позволит, вот и подождите. Для вас это не так и долго, а у меня будет свой кусочек счастья. Не так уж много я и прошу, верно?

- На вас мне плевать! - процедила блондинка. - Презренная смертная!

Интересно, почему она так разозлилась? Может, надеялась, что я сразу выгоню мужа из дома? А вот фиг вам! Ники мне самой дорог, как память о наших безумных ночах и веселых днях.

- Тем более, - парировала я. - Проваливайте из моего дома, и плюйтесь за порогом!

На смертную я решила внимания не обращать. На презренную пока тоже. Пока. Блондинка смотрела на меня с ненавистью, а я на нее - как на клопа в компоте. И противно, и компот жалко.

- Теперь я понимаю, что он в тебе нашел.

- Вы в лучшем положении. - Начала злиться я. На часах уже без пяти семь, так, где же Ники!? - Я смотрю на вас то же самое время, но искренне не понимаю, что хорошего можно найти в вас. Если мой муж должен сделать вам ребенка, вам придется подождать до моей смерти, лет этак сто.

Я не особо возражала, когда мой муж гуляет, но надеялась на его хороший вкус. Эта выдра была не в его вкусе, это точно.

- Вы мне не верите, - вздохнула выдра.

- Простите, не верю, - согласилась я.

- Но подумайте сами! Вы живете явно не на зарплату!

- Муж подрабатывает, составляя княжеские биографии для новых русских.

- Вы вместе уже два года, но у вас до сих пор нет детей!

- Вы не слышали о противозачаточных таблетках? Могу подарить вам учебник по сексологии и справочник по фармакологии.

- Чем же мне доказать вам, что это правда?!

- Вы - колдунья?

- Да. Я – вэари. Но мы не колдуем на глазах у других людей.

- Значит, вы врете. Я вам не верю. Проваливайте.

Глаза блондинки сверкнули.

- Хорошо! Но потом не сожалейте! Что вам показать?

Я огляделась вокруг. О!

- Будьте умницей, выстирайте магическим образом портьеры! А то я уже год собираюсь!

Блондинка открыла свою сумочку и извлекла из нее какую-то палочку. Ее она направила на шторы.

- Assertveeff! Lakessaart! Eesweferr!

По комнате пронесся ледяной ветер. С кончика белой блестящей палочки сорвался большой шар нежно-розового цвета. Он все рос, пока не достиг окна. И закрыл собой шторы. Мне показалось, что они как-то очутились внутри пузыря. Он держался еще две минуты, а потом с громким хлопком растворился в воздухе. Я подошла к портьерам. Возможно, это был только гипноз, но шторы были чистыми и пахли мятной свежестью. Я тут же распахнула окна. Запах мяты, хорош, никто не спорит, но только в умеренных дозах.

- Теперь вы мне поверили? - спросила блондинка.

Я пожала плечами. Если честно, Гудини и похлеще трюки проделывал.

- Ну и что дальше?

- Когда к вам придет ваш муж, вы выставите его за дверь!?

- Не выставлю.

Блондинка захлопала глупыми коровьими глазами.

- Но мы же... вы же...

- Мы ни о чем не договаривались, - отрезала я. Кто бы она там ни была - Ники мой муж! Мой! И точка! - Вы продемонстрировали мне свои колдовские способности, но вам все равно придется подождать, пока я не умру.

- С каким бы удовольствием я вас прикончила прямо сейчас!!!

- Так за чем же дело стало? - я и правда заинтересовалась. Нет соперницы - нет проблемы, так? А она решилась на беседу с “презренной смертной”.

- Ник меня не простит!

- Ах, вот оно что! А что вы так на него набросились? Приспичило? Не с кем вам что ли?

Так купите вибратор! Могу вам адрес секс-шопа дать, мы с мужем туда частенько заходим.

Ольга побагровела. В сочетании с пергидрольными волосами это смотрелось ужасно.

- Ах ты...

Моя рука ласково погладила тяжелую вазу.

- Так кто я? Продолжайте, не стесняйтесь!

Блондинка мудро решила помолчать. Я улыбнулась нежно, как гюрза, которой отдавили хвост.

- Гуляйте отсюда, милочка, и не попадайтесь мне на глаза. А то я вас без всякого колдовства препарирую! У меня большой опыт, не рискуйте своим здоровьем.

Ольга с трудом успокаивалась.

- Валентина, вы еще не знаете всего!

- Неужели? - в моем голосе слышались раскаты приближающейся грозы.

- Дело в том, что накануне погиб один из самых сильных колдунов!

- И что?

- Теоретически, наш с Ником ребенок должен получиться такой же силы, как и погибший. Число колдунов не должно уменьшаться, только увеличиваться! И поэтому Верховный вэари приказал нам в самый короткий срок зачать ребенка!

- А вы не думали об искусственном оплодотворении?

- На нас это не действует.

- Да, моему мужу можно только посочувствовать.

- Ваш муж отказался подчиниться Верховному вэари! - взорвалась, наконец, блондинка. - Он не желает изменять вам! Вам, однодневке, резиновой кукле, нелепой игрушке, прихоти!!! Из-за вас его заключили в темницу!

- Что-о-о!? - Вот теперь я разозлилась по настоящему. - Какой-то козел арестовывает моего мужа за супружескую верность!? - Я посмотрела на блондинку. Ольга почувствовала, что я в ярости и выставила перед собой волшебную палочку, но меня сейчас не остановила бы никакая магия. Я медленно сжала кулаки, чтобы не вцепиться Олечке в крашенные патлы. - Немедленно говори, как до него добраться!? Я ему покажу, где раки зимуют! Я его в каждого рака носом потыкаю!! Я его по всем речкам проволоку!!! Лично!!!

Приступ ярости не проходил. Я схватила ту вазу, которую поглаживала минуту назад и шваркнула в стену. Она разбилась, обдав Ольгу дождем осколков. Блондинка вздрогнула и съежилась в кресле, глядя на мой разгулявшийся темперамент. Вообще-то, я мирный и очень дружелюбный человек. Даже слишком добрый! Я никогда не скандалю. Я просто не умею этого делать. Я часто ставлю зачеты автоматом. У меня просто нет врагов. И я стараюсь никому не делать зла, но иногда... Иногда на меня накатывает ТАКОЕ! До сих пор это было всего два раза. Первый - когда меня в школе попытался столкнуть в грязную лужу один пацан. Ему удалось запачкать мое новое пальто, а потом я просто озверела. Со всей силы я треснула его по голове портфелем, а потом пинками отогнала в ту самую лужу. И только потом поняла, что завуч держит меня за руки, и уговаривает успокоиться, а учитель химии поднимает паршивца из лужи и тащит в медпункт. Это было в третьем классе, и после этого никто не осмеливался меня и пальцем тронуть. Второй раз это было в институте. Я возвращалась домой поздно вечером. Была зима. Нам выдали стипендию, и на нее я должна была прожить еще неделю, пока из свадебного путешествия не вернется мама. Домой надо было идти мимо пустыря. Фонари не горели, и когда из темноты появилась темная фигура, я даже не испугалась. Сначала. Потом по ушам ударил мерзкий шепот. Что-то вроде: ”молчи, а то хуже будет!” Я даже не испугалась, когда мне заломили руку и потащили на пустырь. Но когда эта озабоченная сволочь начала отрывать пуговицы с моей шубки, а потом положила... положил мне руку на грудь, я не выдержала. Первый удар пришелся по яйцам коленкой. Второй - по ним же, но носком сапога. Потом началось сплошное избиение насильника. В общем, примерно через час я волоком притащила негодяя в ближайшее отделение милиции. За руку и по всем лужам мордой. Мало ли, вдруг его оправдают, а так ему будет ясно, что преступлению соответствует наказание. Опять же, не бросать его зимой в переулке? Мне не жалко, но замерз бы насмерть! Меня бы потом еще и засудили.

В милиции меня очень благодарили. За мальчиком оказалось три изнасилования, и два из них с убийством. Список его повреждений, который мне потом показал следователь, включал семь сломанных ребер, полностью отбитые детородные органы, сломанную ногу, три вывиха и четырнадцать выбитых зубов. О количестве синяков я даже не спрашивала, и так ясно, что оно было трехзначным. “ Неужели вы его сами? Без помощников?! Круто вы его!” - поделился следователь. - “ С такими потерпевшими, как вы, и милиции не надо!”

И сейчас я впала в третий приступ бешенства. Верховному вэари можно было только посочувствовать. Я успокоилась почти сразу, стоило только вазе разлететься на запчасти, но бешенство не ушло окончательно. Оно схоронилось в глубине рассудка, и готово было вырваться наружу, как только я встречусь с негодяем, который разлучил меня с мужем.

Я перевела дружелюбный взгляд голодного крокодила на Ольгу. Блондинка поежилась.

- Как мне найти вашего Верховного вэари!?

- Я не могу этого сказать!

Моя рука легла на вторую вазу.

- Не можете!?

- Погоди!

Я выразительно сомкнула пальцы на узком горлышке вазы.

- Ну!?

- Я могу сказать, где он будет в ближайшее время, но тебе это не поможет!

- Это мне решать!

- Через семнадцать дней по времени мира эльфов, будет ежегодный слет волшебников. В мире Кастрелл, 4н-17а.Кас, по классификации эльфов.

- 4н-17а.Кас, мир Кастрелл, - повторила я. - Понятно. Значит так, мужа я своего не отдам, так и передай вашему Верховному волшебнику. И скажи, чтобы он не попадался мне на глаза лет пятнадцать. А то еще одним вэари, или как вас там, будет меньше. Гарантирую.

- Вы не знаете, о чем говорите!

- Зато я отлично знаю, что сделаю с ним при случае!

- Для того, чтобы справиться с ним, да даже встретиться, вы должны стать волшебницей!

- Это так сложно?

- Да. Инициацию выдерживают немногие.

- Таких как я тоже мало. Как можно пройти инициацию?

Глаза блондинки засветились злостью.

- Я все расскажу тебе! Надеюсь, ты погибнешь! Тогда твой муж точно придет ко мне!

Я фыркнула.

- На твоем месте я бы не обольщалась. У Ники слишком хороший вкус. Интересно, он хоть раз переспал с тобой?

По кислой гримасе блондинки я поняла, что попала в точку. И сладко улыбнулась.

- Не горюй, мой муж - ответственный человек. Лет через двести ты его обязательно дождешься, если он до той поры не придумает, как отвертеться.

- Тварь!

- Все мы твари божии. - парировала я. – Но ты – особенно! Ладно, давай о деле. Что нужно для инициации?

- Найти книгу “Sapremiolanksis”. У твоего мужа она наверняка есть. И найдешь там нужное заклинание. Называется: ”Инициатор”. Прочитаешь, - а дальше по обстоятельствам. Там узнаешь, что нужно делать.

Я кивнула.

- Это все?

- Все.

- Тогда - до встречи в мире Кастрелл. Поклон нижайший волшебнику верховному.

Блондинка поднялась из кресла и пошла к двери. Но на пороге обернулась. Страх прошел, но взамен появилось желание сказать мне какую-нибудь пакость. Зря. После общения со студентами у нее не было шансов со мной справиться, тем более в словесном поединке.

- Надеюсь, наша встреча не состоится при жизни.

- Если вы на это надеетесь, то лучше вам не приходить на шабаш через семнадцать дней.

С этими словами я захлопнула за ней дверь, и бросилась звонить на работу мужу. Сейчас кто-нибудь поднимет трубку, скажет, что мой муж опять задержался на работе, я отчитаю его, а к завтрашнему дню забуду всю эту чушь, как страшный сон. Или буду рассказывать своим студентам, ради прикола.

К телефону долго никто не подходил. Потом трубку сняла Катя, одна из работниц архива.

- Кать, привет, это Вэл, - поздоровалась я. - Мой благоверный там далеко?

- А его вскоре после твоего звонка вызвали к заказчику! Он что, еще не приехал?

- Наверное, скоро появится! Ну, я ему холку намылю! Ладно, спасибо за информацию.

- Пожалуйста. Пока.

- Пока. Еще поболтаем.

Я повесила трубку и задумалась. Что делать? Не скажу, что я так во все это поверила, слишком уж это... бредово, но вдруг? Любой русский человек - истовая помесь из христианина, язычника и атеиста. И я - тоже. Поэтому я оставляю двадцать процентов на всякий случай. Что же теперь делать? Пойти в кабинет к мужу и хорошо покопаться там. И если я найду эту клятую книгу, как ее там!? Я точно прочитаю это заклинание. Никому я своего мужа не отдам! И тем более этой крашеной тощей кляче! Это же просто оскорбление меня!

Я вспомнила, как мы познакомились с мужем. Это было два года назад. Я тогда пришла в библиотеку и поднималась по лестнице на второй этаж. А Ники спускался. И сильно задел меня плечом. Задел - и пошел вниз, не извиняясь. Я вцепилась в перила, чтобы не упасть. Потом, через пять ступенек, этот наглец обернулся.

- Простите, я вас толкнул.

- Ничего страшного, не стоит извинений, - вежливо ответила я. - Я уже плюнула вам на спину.

Он смешно вывернул голову, потом снял пиджак и рассмотрел его на свет.

- Вы врете.

- Зато теперь мы квиты.

Он улыбнулся.

- Если мы квиты, я могу пригласить вас на чашку кофе?

Я осмотрела его с головы до ног. Симпатичный. Высокий, светловолосый, голубоглазый, с длиннющими ресницами и великолепной фигурой. И отлично это знает. Вон как улыбается. Соглашусь - и сценарий известен заранее. Сперва чашка кофе, потом приглашение пообедать, потом - поужинать, а потом - проснуться и вместе позавтракать. Но я никогда не вписывалась в штампы.

- Простите, но вы не в моем вкусе.

Он ошарашено захлопал глазами.

- Почему?

Я пожала плечами.

- Вы мне не нравитесь. Вот и все.

Наверное, я была первой, кто так разговаривал с ним. Потому что Ники выдал:

- Давайте я приглашу вас на чашку кофе, и вы мне расскажете, что нужно сделать, чтобы понравиться вам?

Издевка просто вылезла из меня.

- Попробуйте избавиться от десяти килограммов тщеславия. Оставшихся пяти будет больше чем достаточно. А теперь простите, у меня дела.