Неисправимый

Ульяна

Слабый ветерок колыхал густую листву деревьев, едва ли даруя желанную прохладу, а вот ледяные брызги фонтана с этим справлялись лучше. Я уже два битых часа сидела на краю его бортика, наслаждаясь тем, как холодные капли скользили по моим неприкрытым плечам, остужая разгорячённую палящим солнцем кожу. Но стоило отойти от воды чуть подальше, и жара, которая в этом году била все рекорды, вновь набрасывалась с удушающими объятиями, поэтому я не спешила покидать облюбованное местечко.

Собственно, идти мне всё равно было особо некуда. Учитывая, что последние сутки я провела в поезде, моим единственным желанием являлось залезть под прохладные струи душа, а потом упасть на кровать и заснуть, но, поскольку это осуществимо пока лишь в моих мечтах, продолжала стойко терпеть все тяготы собственного существования.

Город — незнакомый. Где буду жить — тоже ещё не знала. Точнее, не видела. Порог дома моего родного отца я только сегодня впервые должна переступить. Прежде я жила с матерью. И именно она настояла на том, чтобы я переехала и поступила в престижный университет, свято веря в то, что это даст мне “билет в лучшую жизнь”, который папа любезно согласился оплатить, а также настоял на том, чтобы на время обучения я жила именно с ним, в его доме, с его семьёй.

В общем, мне предстояло то ещё “радостное” событие.

Я бы лучше предпочла общежитие. Однако права голоса у меня в этом вопросе не было. Нет, с отцом у меня вполне себе дружеские отношения. Насколько они таковыми могут быть, учитывая, что он бросил мою мать ещё до моего рождения, женившись на другой. Ну да, куда нам простым холопам до высокородных дворян? В смысле, что мачеха у меня с хорошим приданым отдавалась, что для папы оказалось важнее. А я… так… побочный продукт их с мамой связи. До некоторых пор даже неизвестный. Вот и выходило, что теперь мне предстояло жить непонятно где и с кем.

Ах да, у меня ж ещё братишка старший есть! Которого я никогда не видела. И который старше меня лишь номинально, так как разница в возрасте у нас с ним всего в пару месяцев.

Надеюсь, из меня не решат сделать Золушку, иначе всё это плачевно закончится, так как характер у меня далеко не ангельский, несмотря на кажущуюся таковой внешность. Правда, перед отъездом я с дуру пообещала маме быть хорошей девочкой и держать в узде свой дикий, как она выражается, норов. Придётся выполнять. Вот только задержка отца этому мало способствовала.

Наручные часы показывали без пяти три дня, обед давно прошёл, но я так до сих пор ещё и не поела. А ведь папа предлагал подождать его в офисе, но после душного вагона хотелось немного прогуляться.

Прогулялась...

И как только мимо проходящие мамочки с детьми ещё не окуклились на такой жаре? Впрочем, детям, по-моему, всё ни по чём. Вон как резво носились вокруг, поливая друг друга струями воды из игрушечных пистолетов. Пару раз и мне перепало, из-за чего я едва не оказалась лежащей в фонтане. Заманчивое, кстати, желание. Но, учитывая моё короткое одеяние в виде белого сарафана, так рисковать не стоило. К сожалению, светлая ткань хлопка имела свойство при