Развод с Дьяволом: Его порочная одержимость

- Ты была моей самой скучной ошибкой, Кира. Подпиши развод и вон из этого дома. К утру здесь не должно остаться даже твоего запаха.

Голос Марка Громова, холодный и острый, как лезвие швейцарского ножа, разрезал тишину нашей безупречно белой столовой в Цюрихе. Он швырнул папку на стол прямо поверх нетронутого ужина. Бумага скользнула по полированной поверхности, остановившись в сантиметре от моих пальцев.

Я подняла взгляд. Марк стоял у панорамного окна, за которым огни города отражались в глади Цюрихского озера. Идеально скроенный костюм-тройка, широкие плечи, которые я знала на ощупь, и профиль, достойный римских императоров. Мой муж. Мой палач. Мой личный Дьявол.

Рядом с ним, вальяжно закинув ногу на ногу, сидела Беата фон Штайн. Та самая «белая луна», которую он скрывал два года, а сегодня привел в наш дом, чтобы добить меня. Она смотрела на меня с ленивой жалостью, потягивая вино из моего любимого хрусталя.

- Марк, - мой голос не дрогнул, хотя сердце внутри превратилось в кусок льда. - Мы женаты три года. Ты обещал моему отцу...

- Твой отец сгнил в могиле вместе со своей репутацией, - он резко обернулся, и его серые глаза вспыхнули яростью. - Я купил тебя, чтобы закрыть его долги. Три года я терпел твою покорную физиономию, твою «серую» правильность и твой страх. С меня хватит. Подписывай. Ты уходишь ни с чем.

Беата тонко хихикнула:

- Дорогая, ну не тяни время. Марку нужно пространство для настоящей женщины, а не для... этого.

Она обвела взглядом мой закрытый бежевый джемпер и отсутствие макияжа. Мой «образ мышки», который я кропотливо выстраивала тысячу дней.

Я медленно протянула руку к папке. Мои пальцы коснулись ручки.

«Еще немного, Марк. Ты даже не представляешь, как близко ты к обрыву», - пронеслось в голове.

- Ты уверен, что я должна уйти именно сейчас? - спросила я, глядя ему прямо в глаза.

- В эту секунду, - отрезал он. - Забирай свои тряпки и исчезни. Адвокаты переведут тебе пару тысяч франков на хостел. Это больше, чем ты стоишь.

Я прижала перо к бумаге. Две быстрые подписи. Всё. Брак, который был моей клеткой и моим прикрытием, перестал существовать.

Я встала. Моя спина, обычно сгорбленная в покорном жесте, внезапно выпрямилась. Я медленно сняла обручальное кольцо с огромным бриллиантом - подарок, который он считал символом своей власти над мной.

- Держи, Марк. Оно всегда мне жало, - я положила кольцо в его бокал с виски. Брызги попали ему на рубашку, и он нахмурился, явно не ожидая такой дерзости.

- Что ты...

- Спасибо за развод, - я прервала его, и мой голос теперь звенел сталью, от которой Беата вздрогнула. - Ты прав, я была ошибкой. Но не твоей. Моей. Я потратила три года, чтобы досконально изучить твою империю изнутри.

Я подошла к нему почти вплотную. Запах его парфюма - сандал и амбра - ударил в нос, вызывая знакомую дрожь, но я подавила её.

- Пока ты спал со своей любовницей, я переписывала твои офшоры на фонды, о которых ты никогда не слышал. Пока ты считал меня «серой мышкой», я медленно выкачивала кровь из твоего бизнеса.

Марк сузил глаза, в них мелькнуло первое подозрение. Он схватил меня за локоть, сжимая его до боли.

- О чем ты бредишь, Кира? Ты сидела дома и вышивала крестиком.

Я наклонилась к его уху, обжигая дыханием.

- Проверь счета в Лихтенштейне, дорогой. И удачи с британской сделкой завтра. Она сорвется в девять утра. Ровно тогда, когда я войду в зал заседаний как твой главный кредитор.

Я резко вырвала руку.

- Прощай, Марк. Увидимся в аду. Я там буду на руководящей должности.

Я вышла из столовой под его ошеломленный взгляд. У ворот поместья меня уже ждало не такси, а черный «Майбах».

Я села на заднее сиденье и достала второй телефон.

- Эрик? Это Кира Соболева. Снимайте маски. Мы начинаем охоту.

Я посмотрела на окна особняка. В одном из них застыл темный силуэт Марка. Он еще не знал, что эта ночь - последняя, когда он спит в этом доме.

И первая, когда он по-настоящему захочет женщину, которую только что уничтожил.

В холле особняка пахло дождем и дорогим деревом. Марк стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал, как я застегиваю пальто. Его взгляд был тяжелым, пронизывающим - он пытался найти в моем лице хоть тень прежней покорности, но находил лишь зеркальную гладь.

- Лихтенштейн? Офшоры? - Марк издал короткий, лающий смешок. - Кира, ты пересмотрела сериалов. У тебя нет ни ума, ни связей, чтобы провернуть такое. Ты даже налоги за этот дом сама посчитать не могла.

- Именно это ты и должен был думать, - я поправила воротник. - Твоя самоуверенность, Марк - мой самый ценный актив.

Я сделала шаг к выходу, но внезапно остановилась и обернулась.

- Ах да. О разводе. Я подписала бумаги, но у меня есть одно условие. Иначе завтра утром твои юристы обнаружат, что все счета «Gromov Capital» заблокированы по иску о скрытых семейных активах. Суды в Швейцарии долгие, Марк. Твоя сделка в Лондоне сгорит раньше, чем ты подашь апелляцию.

Марк в два шага преодолел расстояние между нами. Он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на себя. В его глазах полыхнуло опасное пламя - смесь ярости и внезапного, дикого интереса.

- Ты смеешь ставить мне условия? - прорычал он. - Что ты хочешь? Денег? Десять миллионов? Двадцать?

- Мне не нужны твои деньги, у меня достаточно своих, - я сбросила его руку. - Условие простое. Завтра на благотворительный бал в Лондоне, где будет подписано слияние, ты придешь со мной. Как с законной женой. И только после официальной части мы объявим о разводе.

Марк замер. Рядом послышался возмущенный вдох Беаты.

- Марк! Ты не можешь! Это мой вечер! Мы должны были войти вместе!

Но Громов её не слышал. Он пристально изучал меня, словно видел впервые.

- Зачем тебе это, Кира? Хочешь в последний раз погреться в лучах моей славы? Хочешь, чтобы все видели тебя в бриллиантах, прежде чем ты вернешься в свою дыру?

- Я хочу, чтобы ты прилюдно признал: инициатором развода был не ты, а я. Ты объявишь со сцены, что «Gromov Capital» больше не нуждается в моем попечительстве.

- Попечительстве? - Марк расхохотался, но в его смехе не было веселья. - Хорошо. Если это цена твоего тихого исчезновения - я согласен. Приготовься выглядеть достойно, Кира. Не позорь меня в последний раз.

- О, не волнуйся, - я открыла дверь, за которой в темноте ночи уже горели фары моего «Майбаха». - Ты меня даже не узнаешь.

Лондон. Частный терминал.

Едва дверь самолета открылась, меня встретил Эрик - человек, который три года был моим «невидимым» связным.

- Кира Александровна, всё готово. Джулиан Вейн уже ждет в «The Savoy». Он крайне заинтересован в вашем предложении по перехвату акций Громова.

- Отлично. Эрик, мне нужно лучшее платье, которое только можно найти в Лондоне. И запишите меня к стилисту, который работает с королевской семьей. Завтра Марк Громов поймет, что он не просто потерял жену. Он потерял единственный шанс выжить в грядущей войне.

Я села в машину, чувствуя, как внутри натягивается струна.

Моя цель на завтра: войти в зал как «серая мышка» Громова, а выйти - как владелица контрольного пакета акций его главного конкурента.

Но в памяти всё еще жгло прикосновение его пальцев к моему подбородку. Марк не просто разозлился. Он был заинтригован. И я знала его слишком хорошо: Громов никогда не отпускает то, что внезапно стало представлять ценность.

«Ты думаешь, что это конец нашего брака, Марк. Но это только начало нашей настоящей близости. И она будет намного болезненнее, чем ты можешь себе представить».

Мой телефон мигнул. Сообщение с неизвестного номера:

«Твой муж только что нанял лучших кибер-детективов Европы. У тебя есть 12 часов, прежде чем он узнает, кто такая "Shadow". Удачи, Кира».

Я удалила сообщение и посмотрела на ночной Лондон. Игра началась.

Лондон. Гилдхолл. Благотворительный бал «Афина».

Зал утопал в блеске бриллиантов и фальшивых улыбок. Марк Громов стоял в центре внимания, привычно сжимая бокал с коллекционным виски. На его руке висела Беата, сияя в алом платье, которое кричало о своей цене.

- Марк, дорогой, - промурлыкала она, прижимаясь к его плечу. - Зачем мы ждем эту замарашку? Ты ведь уже дал ей развод. Пора объявить всем, что теперь я - будущая миссис Громова.

Марк не ответил. Он хмуро смотрел на вход. В его голове всё еще звенел ледяной голос Киры из прошлой ночи. «Ты меня даже не узнаешь»... Бред. Эту серую моль нельзя превратить в лебедя, даже если обвешать её золотом.

Внезапно разговоры в зале начали стихать. Сначала у входа, затем волна тишины докатилась до центра. Марк проследил за взглядами гостей и замер. Бокал в его руке опасно наклонился.

По широкой лестнице спускалась женщина.

Изумрудный шелк платья облекал её тело, как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб, о котором Марк, как ему казалось, давно забыл. Открытая спина, гордая осанка и ледяной взгляд. На её шее сияло колье «Слезы Клеопатры» - исторический лот, который исчез с аукционов пять лет назад.

- Это... Кира? - выдохнула Беата, и в её голосе послышался страх.

Кира шла сквозь толпу, и люди расступались перед ней, словно перед королевой. Она подошла к Марку, игнорируя его вытянутое лицо.

- Ты опоздала на десять минут, - выдавил Марк. Его голос охрип. Он не мог оторвать взгляда от её губ, накрашенных дерзким алым.

- Королевы не опаздывают, Марк. Они задерживаются, чтобы убедиться, что подданные на месте, - она едва заметно улыбнулась.

Беата, не в силах сдержать ярость, шагнула вперед.

- Кира, милочка, откуда этот маскарад? - она попыталась громко рассмеяться. - Украла колье из реквизита? Или выпросила у своего нового «папика» на одну ночь? Все знают, что Громов выставил тебя без цента. Твое платье - такая же фальшивка, как и твоя гордость.

Беата замахнулась, чтобы выплеснуть шампанское в лицо Кире, но та перехватила её руку в воздухе. Хватка Киры была стальной.

- Беата, - голос Киры разнесся по залу. - Это колье стоит больше, чем весь банк твоего отца. И раз уж ты заговорила о фальшивках... Марк, ты не сказал своей подруге, что колье, которое ты подарил ей сегодня утром - качественная подделка из циркония? Настоящее я выкупила через подставное лицо еще полгода назад. Твой ювелир работает на меня.

По залу пронесся издевательский шепот. Беата побледнела, хватаясь за шею.

- Марк, это правда?! - взвизгнула она.

Марк не смотрел на любовницу. Его зрачки были расширены, он буквально пожирал Киру взглядом. В его груди поднималась незнакомая, удушающая волна. Это была не просто ярость. Это было желание обладать этой женщиной снова. Прямо здесь. На глазах у всех.

В этот момент к ним подошел высокий мужчина с безупречными манерами. Джулиан Вейн. Самый завидный холостяк Лондона и заклятый враг Громова.

- Кэтрин, дорогая, - Джулиан поцеловал руку Киры, игнорируя Марка. - Нам пора. Совет директоров «North Shipping» ждет главу фонда «Shadow», чтобы подписать бумаги о передаче активов.

Кира повернулась к Марку, в её глазах плясали черти.

- Ах да, Марк. Я забыла сказать. Я больше не твоя «ошибка». Теперь я твой крупнейший кредитор.

Она начала уходить под руку с Вейном, но Марк в одно мгновение преодолел расстояние между ними. Он схватил её за локоть и рывком развернул к себе, впечатывая в ближайшую колонну, скрытую от глаз толпы тяжелой портьерой.

- Ты никуда не пойдешь с ним, - прорычал он ей в губы. Его бедро жестко вклинилось между её ног, прижимая изумрудный шелк к её телу. - Ты моя жена.

- Бывшая жена, Марк. Подпись уже высохла.

- Мне плевать на бумагу! - он схватил её за волосы, заставляя закинуть голову. - Я чувствую, как твое сердце колотится под моими пальцами. Ты можешь играть в бизнес-леди сколько угодно, но ты всё еще та девчонка, которая плакала от удовольствия под моим телом.

Его губы накрыли её в яростном, собственническом поцелуе. Кира попыталась укусить его, но он только сильнее прижал её к камню, его рука бесцеремонно скользнула вниз, задирая подол платья.

- Марк... здесь люди... - выдохнула она, теряя контроль над дыханием.

- Пусть смотрят, - прошептал он, его пальцы коснулись края её кружевных трусиков. - Пусть знают, что даже если ты купишь весь мир, ты всё равно останешься моей.

В этот момент за портьерой послышался голос Джулиана:

- Кира? Где ты? Охрана, проверьте этот сектор!

Кира посмотрела на Марка. В её глазах была ненависть, смешанная с дикой страстью.

- Если ты сейчас не отпустишь меня, я уничтожу твою компанию завтра в полдень. Выбирай, Громов: твоя империя или одна ночь со мной?

Марк замер, его пальцы сжались на её бедре. Он еще не знал, что за его спиной в этот момент вскрывают сейф с его главной тайной. Тайной, которая сделает этот развод самым кровавым в истории Европы...