Счастье по-новогоднему

Василиса

Поправляя длинные белокурые волосы и то и дело одергивая зеленое коктейльное платье, я придирчиво рассматривала в зеркале свои идеальные стрелки, не веря, что нежная блондинка, смотрящая на меня из отражения, и в самом деле я.

– Хватит дергаться! – не выдержала Настя, моя лучшая подруга детства, и хлопнула меня по руке, вновь потянувшейся к платью. – Тебе очень идет.

Я с ней была категорически не согласна.

– А по мне, это слишком откровенно, – надулась я и снова прошлась взглядом по отражению.

– Лиса… – вздохнула Кристина, вторая наша подруга. – Ты ведь сама недавно жаловалась, что у тебя нет парня.

– Ну жаловалась и что? Я бы своим словам так сильно не доверяла.

– Вот у тебя и будет сегодня шанс его найти, – развела она руками, как бы намекая, что возражения бессмысленны.

Но если они думают, что хорошо меня знают, придется их разочаровать.

– Вы правда думаете, что вот это, – я провела рукой вдоль своей талии, – мне поможет?

Две нахалки синхронно закивали.

– Бред! – озвучила я давно крутившуюся в голове мысль и села на диван.

– Ну вот почему сразу бред? – тут же возмутилась Настя, она-то всегда была любительницей потрепать мне нервы.

– Да потому, что там будут все, с кем мы и так видимся каждый день, уже четвертый год, – нашлась, что ответить я. – Что-то я не наблюдала у одногруппников никакого желания познакомиться со мной поближе до этого.

И это было правдой. Когда мы с подругами поступали в частный архитектурный университет, поскольку именно в нем давали ту программу, которая нас интересовала, то думали, что все будут падать к нашим ногам. Но реальность оказалась куда печальнее. Если что и падало за время учебы, так это моя самооценка на занятиях по черчению. А парни… Да они даже приблизительно не знали, чего хотят девушки. Кому они такие вообще нужны!

– А ты себя вообще со стороны хоть раз видела? – донесся до меня голос Кристины. Я вырвалась из воспоминаний и скептически глянула на подруг.

– Вот-вот. – Спелись уже, кошки. – На тебя только посмотри – уже бежать хочется подальше и без оглядки.

– И не такая я страшная… – Я вновь повернулась к зеркалу. Нет, справедливости ради, бываю иногда, конечно, в гневе, но ведь они сами меня доводят.

– Ты не страшная. – Вот тут стало интересно. – Ты вредная.

– Забыли еще сказать, что будь мы в Средневековье, меня сразу сожгли бы как ведьму, – скривилась я и, дотянувшись до стакана с водой, сделала пару глотков.

Девочки только вздохнули. Знаю, намучались они уже со мной, но дружить до сих пор не перестали.

– И все же, давайте вы сходите на эту суперновогоднюю вечеринку без меня, – уже зная ответ, поскольку отпрашивалась не в первый раз, все же попросила я.

– Ты идешь с нами! – гаркнули они и, взяв шокированную меня под локти, повели на выход.

В такси ехали молча.

Девочки дулись на меня, потому что по пути к машине я все еще пыталась убедить их в бредовости идеи тащить меня с собой. А я, в свою очередь, злилась на них. Ну, потому что…

«Кто вообще придумал эту дурацкую традицию отмечать Новый год?!»

Этот вопрос крутился у меня в голове каждый раз, когда на горизонте возникал этот праздник и люди вокруг будто сходили с ума.

Никогда их не понимала.

Началось все еще в детстве. Однажды я осознала, что Деда Мороза не существует, и это папа переодевается в него каждый год и пытается показать, что театральный кружок, который он посещал много лет назад, чему-то его научил. Что письма никуда не отправляют, и это мама потом заходит на почту и за отдельную плату забирает его домой. Чудеса, волшебство, летающие олени – все это просто сказки, которые взрослые выдумывают для глупых нас, детей.

Вот и сейчас, сидя в теплой машине и смотря на прохожих, радостно носящихся из магазина в магазин (потому что в одном нет горошка, а в другом той самой тарелки) я никак не могла поддаться их настрою.

А еще за окном падал снег. То медленно, то быстро. Он то кружился в ритме вальса, прихватывая по пути головные уборы некоторых бедолаг, недостаточно плотно натянувших шапки, то через несколько минут уже гладил прохожих по головке, рассказывая о том, как живет. Снежинки на стекле переливались искристыми цветами зимы и фонарей.

Вот что действительно заставляло мое сердце радостно подпрыгивать, а вовсе не глупая традиция открывать бутылку шампанского под бой курантов и поедание оливье. Хотя против самого салата я ничего не имела, но есть его предпочитала когда хочется, а не в какой-то особенный день.

Машина резко затормозила.

– Приехали, – проворчал водитель. Мы заплатили и высыпали из такси.

– И все-таки… – вновь попытала удачу я.

Договорить мне на дали. Только злобно зыркнули на меня глазами и, снова взяв под локти, повели ко входу в университет.

Я посмотрела на двухэтажное здание, которое последние четыре года было нашим вторым домом. Построено оно было из красных кирпичей. На одном углу красовалась полукруглая башня, в которой находился кабинет ректора. Студентов же чаще можно было увидеть в другой башне – треугольной, ведь зачетку и другие документы можно было получить только в деканате, который в ней располагался.

Но сегодня нам надо было в другое место.

Актовый зал преобразился. Свет фонарей просачивался через большие чистые окна. Стены были украшены разноцветными гирляндами и еловыми ветками с шарами в виде маленьких дракончиков – символов будущего года. В начищенном до блеска паркете можно было увидеть собственное отражение и горящие люстры, спускающиеся с высокого потолка. В углу установили большую живую елку, наполняющую воздух душистым ароматом смолы и леса.

Пока я шла по залу, многие обращали на меня внимание, что не могло не нервировать. Парни оборачивались мне вслед, а девушки провожали завистливыми взглядами. Пару раз кто-то даже попытался подойти, но к общению я была не готова, и это отражалось на моем недовольном лице.

– Опять всех распугиваешь, – недовольно прошептала Настя, но я лишь махнула рукой и отправилась к столику с шампанским. С напитками у меня проблем не возникало никогда.

А народ тем временем все прибывал и прибывал. Сколько же можно, ужаснулась я, понимая, что еще немного, и в зале просто станет нечем дышать. Как раз в этот момент в помещении появились ректор и его племянник. Оба рыжеволосые (никогда не любила этот цвет волос), высокие и со смазливыми лицами. Дойдя до центра зала, дядюшка с племянником разошлись в разные стороны. Глава университета – на сцену, чтобы произнести «самую лучшую» на свете речь, а его отдушина (ректор сам так говорил) – ко мне.

Стоп! Что? Ко мне? Нет-нет, я не готова еще и его сегодня терпеть рядом с собой. Мне хватало и занятий, на которых он вечно насмехался надо мной и задирал . Может, ошиблась? Куда там! Племянник ректора уже вовсю улыбался мне и махал ручкой, а я застыла с бокалом в руке и искала глазами так не вовремя девшихся куда-то подруг.

– Вот же гадство, – прошипела я, понимая, что никого из них поблизости нет. Придется искать пути отступления самостоятельно. И надеется на то, что Дениса (а именно так звали племянничка) все же кто-нибудь позовет и он перестанет буравить меня взглядом.

На мое счастье, ректор заговорил.

Денис отвлекся на него, а я, дав себе обещание при встрече расцеловать его дядю, выскользнула за дверь, ведущую в сад. Бокал с недопитым шампанским так и остался в моей руке.

– Эх, надо было сначала выплеснуть его Денису в лицо, а уже потом уходить, – ворчала я, шагая по заснеженной тропинке дальше от зала. – Еще и без пальто. Мне теперь только заболеть не хватало.

Недовольство из-за сложившейся ситуации нарастало с каждой секундой. Я шла, не разбирая дороги, и наверняка упала бы в озеро, если бы не девушка, вовремя меня окликнувшая.

«Я сказала „озеро“? Какое еще озеро? Не помню здесь никакого озера», – пронеслось у меня в голове, пока я пыталась обрести равновесие.

– Тяжелый день? – послышался за спиной звонкий голосок, и я остановилась.

Еще раз удивленно посмотрев на не пойми откуда взявшееся в саду озеро (серьезно, его здесь никогда не было), я повернулась к незнакомке.

Передо мной стояла девушка с длинными золотистыми волосами, в которых будто затерялись лучики солнца. Худое, по-детски угловатое тело скрывало розовое платье на бретельках с дорогим камнем посередине. Такие же камни, только поменьше, виднелись и в ушах незнакомки. На остром личике кривились в улыбке розовые губы, а бирюзовые глаза с интересом рассматривали меня.

– А оно здесь было? – задала я первый, пришедший на ум вопрос.

– Что? – удивленно захлопала глазами та.

– Ну, оно. – Я кивнула на озеро за своей спиной.

– А, это? Не знаю.

Пожав плечами и улыбнувшись, девушка подошла поближе.

– Никогда не бывала здесь прежде, – призналась она.

– Странно…

Я покачала головой и посмотрела на голубую поверхность, совсем не затянутую льдом, хотя на улице заметно подморозило.

– Что именно? – спросила девушка, заглядывая мне в лицо.

– Не помню его здесь раньше. – Я попыталась напрячь память, но та наотрез отказывалась подкинуть хотя бы одно воспоминание о саде, в котором фигурировало бы озерцо.

– Может, и не было, – вдруг засмеялась незнакомка, лукаво поглядывая на меня.

Наступила тишина. Каждая думала о своем.

– Почему ты не на празднике? – снова решила подать голос незнакомка. Жаль, я думала, она уже ушла.

– А ты? – ответила я, с вызовом посмотрев на нее. Пусть не думает, что я не умею стрелять глазками, как она.

– Я первая спросила.

– А я вторая.

Девушка недовольно скрестила руки на груди.

– Тебя не учили, что отвечать вопросом на вопрос неприлично?

– Меня учили, что не стоит разговаривать с незнакомцами, – даже не задумываясь над словами, ответила я.

Пока еще незнакомка зло зыркнула на меня глазами, но неохотно представилась:

– Делия.

«Ну и странное имечко», – отметила про себя я.

– Нормальное оно! – тут же вскрикнула она. – А вот твое и правда странное.

– Ты его даже не знаешь.

Из груди вырвался смешок, и я не стала сдерживать его, попутно думая, не произнесла ли предыдущую фразу вслух, как Делия выдала:

– Тебя же зовут Василиса, так?

Я застыла, уставившись на нее в упор и хлопая глазами.

– Ну вот, – победоносно сказала она. – Тоже, знаешь ли, не ахти какое имечко.

«Да наверняка где-нибудь услышала», – успокоила себя я и только после этого смогла выдохнуть. Девушка в этот момент тихо рассмеялась.

– А хочешь я исполню твое самое заветное желание? – вдруг выдала она, и я поняла, что с головушкой у этой Делии точно не все в порядке.

– Да нет, спасибо, – ответила я и попыталась обойти ненормальную, так как знала, что от таких людей точно стоит держаться подальше. Но Делия вцепилась мне в руку и не дала сделать и шага.

– И все же, – неотрывно смотря на меня, проговорила она с нажимом, – о чем ты мечтаешь?

«Сейчас я мечтаю, чтобы ты от меня отстала», – сказала я про себя, а сама попыталась вырваться из захвата, но ничего не вышло.

– Ну же! – напирала девушка. – Озвучь свое желание, и я его исполню.

– Ты Дед Мороз, что ли? – нервно хихикнула я, понимая, что для такой хрупкой девушки, хватка у нее слишком уж сильная.

– Я фея! – весело проговорила Делия. – И мне надо выполнить твое желание.

Что ж, похоже, придется не только сбежать, но и вызвать бедняжке психушку. Нет, серьезно, что она несет? Фея? А я тогда прима-балерина ассолюта.

– Да нет у меня никаких желаний! – громко воскликнула я в надежде, что кто-нибудь меня услышит.

– Так не бывает. У всех есть желания. Особенно под Новый год.

О, и эта туда же! Вроде ненормальная, а тоже падкая на новогоднюю мишуру.

– Ну, считай, я исключение. – Я с надеждой посмотрела на нее, рассчитывая, что она наконец отстанет, но Делия в ответ только нахмурилась.

– Да отпусти же меня наконец! – не выдержала я молчания и дернула рукой. Но фея (сама не верю, что называю ее так) даже не шелохнулась.

– Скажи свое желание.

– Нет у меня его!

– Скажи!

– Да иди ты!

– Ты скажешь его или как?!

– Сотый раз повторяю: отстань, ненормальная!

– Это я-то ненормальная?!

– А что, я?

Мне даже интересно стало.

– Да разве нормальный человек может не любить такой прекрасный праздник?!

– Тебе показать такого человека или сама поймешь?

Нет, я не хамила, но сейчас мне было просто необходимо потянуть время, пока кто-нибудь еще не выйдет в сад и не спасет меня.

– Хорошо, – выдохнула она наконец, и в моей груди расцвела надежда. – Допустим, ты не любишь праздновать Новый год.

Не допустим, а так и есть.

– Допустим, ты вообще не любишь праздники.

Ну, почему, есть парочка, которые я не против отметить.

– Но ведь желание у тебя должно быть?

И снова мы вернулись к тому, с чего начинали. Захотелось закатить глаза так, чтобы они описали круг по черепной коробке и вернулись на место.

– И не смотри так на меня, не поверю, что нет.

Я вздохнула и задумалась. Что бы ей такого сказать, чтобы она меня наконец отпустила.

– Ну же… – поторопила Делия.

От нетерпения она начала даже пританцовывать на месте, а ее глаза засветились.

«Кажется, я перепила, – промелькнула в голове мысль, а за ней появилась и следующая: – Меня больше не держат».

Едва смысл этих слов дошел до моего сознания, я, наплевав на каблуки, дала деру и, не оборачиваясь, бросилась вдоль озера в сторону корпуса. Сейчас важно было одно: оказаться там, где нет этой ненормальной.

Но только я об этом подумала, как в спину прилетело что-то мягкое и сильное. Равновесие удержать не получилось, и я на всей скорости полетела прямиком в холодную воду. Она тут же сомкнулась над моей головой, а вокруг появилось свечение, которое с каждой секундой разгоралось все сильнее. Глазам стало больно, и мне пришлось их закрыть. Воздух предательски покидал легкие, пока я судорожно старалась всплыть на поверхность.

Последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание, были слова:

– Да чтоб тебе самый вредный дракон в истинные попался!

Вокруг белый свет и больше ничего. Может, я ослепла? А что, собственно, со мной произошло?

Помню, как подруги потащили меня на новогодний бал, как я отговаривала их от этой безумной затеи. Бокал игристого в руке, непонятный разговор с не менее странной девушкой, а потом…

В обморок, что ли, упала? От игристого? То-то мне вкус не очень показался. Просроченное, наверное.

– И долго она будет на мне так лежать? – послышался голос где-то подо мной, который явно принадлежал мужчине.

– Да подожди ты, – со смешком ответил ему другой голос, похоже, женский. – Она только начала приходить в себя.

Конечно, начала. Вот только пока не поняла, а стоило ли это делать. Потому как эта ситуация меня пугала.

Кто эти двое и где я, собственно, нахожусь?

«Как где? В больнице наверняка, – проснулся здравый смысл и принялся меня успокаивать. – Сама же сказала, что отравилась».

И не поспоришь же. А эти двое, наверное, врач и медсестра.

Я уже почти успокоилась, когда врач подо мной (почему он подо мной?!) зашевелился, а потом скинул меня на каменный холодный пол. Это что за больница такая, где пациентов прямо на пол швыряют?! Глаза наконец открылись, и я огляделась.

– Раз приходит, значит, дальше без меня, – проговорил неизвестный и собрался было уйти, как девушка его остановила.

– Ну, Рин, – надула она губки, как обычно делала Кристина, когда ей что-то было нужно. – Надо же помочь девушке.

– Тебе надо, ты и помогай, – проговорил тот, кого назвали Рином, и наши взгляды наконец встретились.

Мы замерли.

Особенно я, потому что глаза мне явно лгали.

Перед до мной стояли двое. Парень и девушка. Парню было около двадцати пяти. Высокий, с волосами цвета ранней пшеницы и правильной формой лица, он недовольно смотрел на меня своими голубыми глазами, обрамленными длинными черными ресницами. Небольшой нос скривился в презрении, бледно-розовые губы сжались в тонкую полоску, о его скулы можно было порезаться, а шея была такой тонкой и длинной, что я только диву давалась, как на ней вообще держалась его голова. У него были довольно накаченные руки с длинными тонкими пальцами, явно предназначенными для игры на музыкальных инструментах. Серый мундир скрывал хорошее телосложение, как и хорошего качества брюки – длинные ноги. Его костюм явно отличался от того, что мне приходилось видеть на мужчинах прежде. Но тогда я этому значения не предала. Единственное, что стало мне очевидно: это явно был не врач.

У девушки рядом с ним были такие же светлые волосы, только длинные. Бледное, как у фарфоровой куклы, личико выражало беспокойство, а голубые глаза, в отличие от ее спутника, смотрели удивленно. Одета девушка была в платье того же серого цвета с эмблемой на груди.

И все же что-то в их внешности не давало мне покоя.

Взгляд с неизвестных переместился на окружающую обстановку. Длинный коридор с бежевыми стенами и факелами на них. Арочный потолок из белого камня, мраморный пол, с которого я так и не поднялась, боясь снова упасть в обморок.

– Это точно больница? – вырывалось у меня, прежде чем я успела подумать. – А может, меня похитили?

– Да кому ты нужна, – все еще недовольно пробурчал парень, а я поняла, что и этот вопрос задала вслух.

– Ты только не переживай. – Девушка подошла ближе и присела передо мной на корточки.

– А что, должна? – Да, в стрессе я всегда говорю грубее. – Да и кто вы вообще такие?

Надо было быстрее разобраться, где я нахожусь, пока мои подруги не забили тревогу.

– Я Анья, – представилась незнакомка. Что-то много девушек со странными именами свалилось на мою голову в этот вечер. – А это мой брат Рин.

– Рингар, – поправил он, и мое внимание вновь переключилось на него. – Если уж мы решили представиться, то обращаться ко мне ты имеешь право только по полному имени.

Стоило ли говорить, что этот малый тут же взбесил меня своими ультиматумами? Я посмотрела на него непонимающе.

– Боже... Кто тебя так в детстве обидел? – спросила я.

Анья ойкнула, а с Рингаром начало твориться что-то, выходящее за рамки моего понимания. Зрачок в голубых глазах вытянулся, а сложенные в замок руки стали покрываться чешуей.

– Ну и кринж, – вылетело из моего рта, хотя внутри все похолодело от ужаса. Похоже, я все же крепко приложилась головой, потому что назвать увиденное обманом зрения было нельзя. Это уже смахивало на полноценную галлюцинацию.

– Рин, не смей! – воскликнула Анья, а я только и могла, что хлопать ресницами в надежде, что все увиденное – бред и само собой пройдет, если я хорошенько проморгаюсь и ущипну себя.

Ущипнула, но галлюцинации как стояли перед глазами, так и остались стоять. Только посмотрели на меня, словно на душевнобольную, а в мыслях наверняка покрутили пальцами у виска.

– Винак! Головой все же приложилась, – прокомментировал Рин, глядя на меня почти с сочувствием.

– Ты буквы перепутал, – ответила ему я.

– Чего?

– Буквы. – Я неопределенно помахала перед ним руками, и как он только в школе учился. – Не «винак», а «видать».

Боже, что я несу!

– Давай, может, ее еще раз стукнем? – вместо ответа обратился Рингар к Анье.

– Я тебе стукну! В ответ так садану, улетишь. – Я грозно посмотрела на него и даже предостерегающе подняла руки. – Как учил отец. Он у меня военный, лично обучал меня самообороне.

– Успокойтесь оба! – вздохнула Анья, смотря то на меня, то на Рингара.

– Где я нахожусь? – решив, что дальше испытывать судьбу на прочность не стоит, поинтересовалась я, когда родственнички успокоились. Себя я тоже взяла в руки, потому что поняла – иначе мне ничего не выведать.

– В Академии Драконов, – пояснила Анья, но видя непонимание на моей лице, продолжила: – В Магограде.

Увы, понятнее от этого не стало, и она уточнила:

– В Королевстве Янгория. – Я все еще удивленно хлопала глазами. Кто-нибудь на карте хоть раз видел такое название?

– Мир Альдера, – выдохнула она наконец, разведя руками.

Стоп!

От шока у меня даже голос пропал. И секунды три я была похожа на рыбу, которую выбросило на сушу, где ей не хватало воздуха.

– Какой мир? – просипела я, когда дар речи ко мне все-таки вернулся. А сама стала лихорадочно продумывать план отступления из этой психички. Неужто я все же попала в нее? – Какая Альдера?

– Так называется мир, в котором мы живем, – спокойно пояснила Анья.

Ее брат в наш разговор не влезал, но и не уходил, как собирался в самом начале. Да уж лучше бы свалил. А то стоит тут, пялится на меня, как на клоуна.

– Нет, – затрясла головой я. – Мир, в котором мы живем, называется Земля.

– Альдера.

– Земля.

– Альдера!

Вот же прицепилась!

– Да никогда наш мир так не назывался!

– Он всю нашу жизнь так зовется.

Я смотрела на этих двоих и едва не плакала. Ну я же не больная, у меня с головой (до этого момента во всяком случае) точно все было в порядке. А они заладили: «Альдера, Альдера». Пранк явно затянулся. Соленые капли побежали по щекам и со звоном закапали на пол. Давненько я уже слезы не лила. Довели, блин!

«Ну зачем они так со мной?!» – вопрошала я, когда Анья, приблизившись, крепко обняла меня, а ее брат…

– Да что ты с ней возишься! – скривил он довольно симпатичное лицо. – Отведем ее к ректору – и все.

– Дай ей успокоиться, не видишь – стресс у человека.

– Вот именно – человека, а ты с ней возишься.

– И чем тебе люди не угодили? – буркнула я, вытирая ладонью остатки слез.

– Ой, да не обращай на него внимания, – махнула рукой Анья. – Ледяные драконы все такие: холодные, черствые и неспособные к состраданию.

«Все-таки не показалось…» – дошло до меня, и сознание приняло единственное верное решение – покинуть точку приземления.

Василиса

Но долго пролежать без сознания на этот раз мне не дали. Уже через секунду кто-то начал хлопать меня по щекам и бурчать:

– Она так от каждой новости будет в обморок падать?

Голос явно принадлежал Рингару, хотя я не была уверена. Мало ли тут этих… ненормальных.

– Я откуда знаю?

А это голос его сестры?

– Ты же видел, как она отреагировала. Она явно не из нашего мира.

Да это вы не из… Так, тут тоже стоит разобраться.

– И как это объясняет ее беспамятство?

– Может, она не привы… – Анья замолчала на полуслове.

Братец все еще смотрел на нее и не обратил внимания на то, что я очнулась.

– Тебе еще не надоело бить меня по лицу? – проворчала я, недовольно посмотрев на этого… нелюдя (во всех смыслах этого слова).

Тот резко повернул голову, сверкнул глазами-льдинами и отдернул руку. Какие мы нежные. Захотелось скривиться, но тогда я точно за больную сошла бы, а мне бы этого не хотелось.

– А нечего разлеживаться, – проговорил он, вставая с пола. – Это тебе не берег морской.

– Типа пляж? А он тут реально есть?

В голове сразу возникла картина, как я лежу на песочке, а рядом греется на солнышке огромный толстый дракон.

По залу пронесся мой оглушительный смех. Вот это картина.

– Она точно ненормальная, – услышала я сквозь шум и резко пришла в себя. Не время расслабляться, мне еще необходимо узнать, где я все-таки очутилась, а главное как.

Рингар

Сегодня был довольно неплохой день. Мой дракон наконец успокоился и не буянил уже несколько часов, тренировка по мегаболу тоже прошла сносно, а главное, весь день не было видно сестры. Что может быть прекраснее!

На самом деле, я, конечно, любил Анью. Просто… Хоть мы и были двоюродными родственниками, иногда она могла достать даже моего отца – короля Янгории. Из-за чего тот не выдерживал и раньше положенного срока отправлял сестричку обратно в Академию. Где она начинала доставать уже своего папу, а также всех его приближенных.

Вот и сейчас, завидев ее светлую макушку (Анья никогда не могла похвастаться высоким ростом), стремительно продирающуюся сквозь толпу, все старались сойти с дистанции. Мне же деваться было некуда. Да и безумно интересно стало, куда это она так летит.

– И куда ты так спешишь? – за пару шагов догоняя ее, спросил я, после чего двигаться мы продолжили уже вместе.

– Мне надо в лабораторию, – запыхавшись и раскрасневшись от быстрого бега, объяснила она.

– Зачем? – удивленно глянул на нее я, потому как прекрасно знал: Анья и скляночки для зелья – вещи несовместимые.

– Надо кое-что завершить.

Она махнула рукой, пытаясь отделаться от меня, но я не собирался отступать. Как теперь заснуть, не узнав ее маленькую тайну. Помру же от любопытства. И неважно, что драконы живут долго.

Но продолжить разговор я не успел.

В тот момент, когда мы уже были в паре метров от заветной цели, на меня… свались? Нет, я серьезно, без шуток. В потолке открылся портал, всех ослепило, и вот я уже лежу на холодном (вообще-то!) полу, а на мне – бездыханная девица в странном одеянии.

Произошедшее повергло меня в шок. Я совершенно не понимал, что делать в таких ситуациях, а Анья только хохотала во весь голос и даже не пыталась помочь.

– Может, поможешь? – прошипел я, пытаясь понять, жива ли попаданка или нет. А эта ссс… с позволения сказать, сестрица только громче засмеялась. – Смешно тебе?..

Я добавил несколько смачных драконьих ругательств, но на Анью это не подействовало. Она лишь схватилась за стену и медленно сползла по ней вниз.

– Очень. Просто… – Вот и все, что ей удается произнести.

– Что? – Я недовольно буравил ее взглядом.

– Просто так еще к тебе твои воздыхательницы не попадали, – проговорила она, снова заскакивая на любимого конька. Ей только волю дай про моих воздыхательниц поговорить.

Но в чем-то она была права. Не было и дня, чтобы в моей постели, в Академии ли или дома, не оказывалась бы очередная мечтательница примерить на себя корону. Буквально каждая пыталась меня приворожить, заклинать или на что там еще способны эти дурочки, чтобы заполучить в мужья представителя королевского рода. Спасало только одно: на драконов, особенно королевских кровей, все это не действовало.

Неужели эта девица еще одна моя воздыхательница? От этой мысли стало неприятно и, не дожидаясь, пока девушка окончательно придет в себя, я грубо скинул ее на пол. А что, я ей не мягкая кровать, на которой можно лежать сколько вздумается!

Что меня вообще здесь держит? Ясное дело, что сегодня узнать секретик сестренки не выйдет. Поэтому можно и уходить. И не надо мне говорить, что мы в ответе за тех, кто на нас свалился. Я ее об этом не просил…

Я уже собрался выдать это девушкам, да так и замер, не в силах отвести взгляда от девицы, накануне пригвоздившей меня к полу.

Передо мной сидела девушка в странной зеленой… Я задумался. Ночнушке?.. Кофте?.. Одному драконьему черту известно, что на ней вообще было надето. Короче, в одеянии. Бледно-розовая кожа казалась еще белее из-за обморока, хрупкие плечи чуть подрагивали, узенькое личико частично было скрыто прядками светлых волос с розовинкой. Никогда таких раньше не видел. Голубые глаза девушки в испуге рассмотрели сначала меня, потом сестру, а затем коридор, из которого мы так и не убрались. А потом она выдала:

– Это точно больница?

«А она довольно милая», – мелькнуло в голове, а потом до меня дошел смысл ее слов.

Боль… что? О чем она? И какая еще Земля, если наш мир и правда всегда назывался Альдера. Но, похоже, с головой у этой несчастной не все в порядке, а потому единственное, что остается сделать с ней, – это отвести к ректору. Пусть дядя сам разбирается, кто она, откуда и куда. Это его работа.

Я, кажется, сказал, что она милая? Беру свои слова обратно. Да она ведьма воплоти! А я все думал, чего это мой дракон на нее так странно реагирует? Весь день спал, а тут на тебе – заворочался. Еще в те времена, когда ведьмы жили в наших землях, одна из них что-то нахимичила, и после этого им всем ковеном пришлось переселиться подальше от наших гор. Точно не знаю, что произошло, но поговаривают, что в истории замешано любовное зелье. С тех пор мы, драконы, на такого рода привороты и не реагируем.

Все, решено! Ведем эту ведьму к ректору. Эй, дамочка! А ну не сметь снова в обморок падать, второй раз не прокатит.