Отпусти меня

Понедельник, слава богу, прошел, как обычно, бурно, шумно, нервно. На планерке снова орала до хрипоты, пытаясь перекричать главного инженера. Мужик до сих пор не может никак понять, что переспорить меня бесполезное занятие. Я все равно сделаю по-своему.

- Пигалица, - тихо буркнул в мою сторону, красный как рак от натуги мужчина.

Я не удержалась и прыснула со смеху, поймав искрящийся пониманием взгляд Веры Ивановны. Нас обеих посетило чувство дежавю.

- Вы даже не представляете, насколько вы правы, - отсмеявшись, выдала я

Вера Ивановна повернулась к удивленному мужчине.

- Вы, Олег Владиславович, просто еще не работали, когда Мария Викторовна назло вашему предшественнику надела робу и помчалась показывать узбекам, как надо правильно шпаклевать стены в «Северной короне». Мы думали, что прораба удар хватит.

Мужчина посмотрел на меня как-то недоверчиво, словно сомневаясь в правдивости слов Веры Ивановны.

- С трудом верится, - сказал он, изучая внимательным взглядом мой идеальный маникюр.

- Можете не сомневаться. Я лично был на стройплощадке в тот момент, - послышалось от двери.

Все разом обернулись. Владимир Иванович стремительным шагом направился к торцу большого овального стола для совещаний и продолжил проведение планерки уже самолично. Я все это время искоса поглядывала на него, гадая – помнит ли он вечер пятницы или нет.

Когда разбор полетов был закончен и все сотрудники стали покидать зал совещаний, возбужденные и озадаченные заданиями, я сгребла в кучу ворох бумаг и пошла со всеми, чтобы через мгновение замереть от приказа:

- А вас Мария Викторовна я попрошу остаться.

Черт! Черт! Черт!

С трудом сохраняя невозмутимый вид, занимаю прежнее место и, раскрыв ежедневник, с дельным видом смотрю на начальника. Он смотрит в ответ и взгляд его тяжел как никогда. Губы сурово поджаты, голубые глаза недовольно прищурены.

- Вы сегодня прекрасно выглядите, Мария Викторовна, - говорит он таким тоном, будто в следующую минуту убить собрался.

- Спасибо, - сухо отвечаю я.

- Вы сделали презентацию?

- Сделала.

- Тогда собирайтесь. Вместе поедем.

Невысказанный вопрос застыл на губах вместе с возмущенным восклицанием, так и не вырвавшись сквозь стиснутые зубы. Тихонько переведя дух, отвожу взгляд и говорю:

- У меня очень много работы. Возьмите с собой Веру Ивановну.

- У нее сегодня встреча с генподрядчиками.

Интересно. Это он только что придумал?

- Хорошо, - равнодушно пожимаю плечами я, - Буду готова через пятнадцать минут.

Он сдержанно кивает головой, давая понять, что можно идти и я на негнущихся ногах, ползу в свой кабинет. Там устало опускаюсь в кресло, и взгляд невольно падает на часы. А ведь еще только десять утра. Он же до вечера всю кровь мою попьет.

Чтобы хоть как-то поднять себе настроение, которое маячило где-то на отметке «ниже плинтуса», достала припасенную коробку конфет на особый случай. Случай этот как раз наступил. Без допинга я просто окочурюсь.

Не успела отправить в рот первую конфетку, в кабинет вломилась Вера Ивановна.

- Нагоняй заедаешь?

- Угу, заедаю, - не моргнув глазом, соврала я.

- Чего это он такой злой?

- А я откуда знаю, - демонстративно пожала плечами, - Может, несварение от Людочкиного кофе.

- Ну да, ну да, - хитро поддакнула женщина, оставшись при своем мнении.

Она уселась напротив и стала просматривать, распечатанную на цветном принтере, презентацию.

- Угощайтесь, - протянула ей коробку с конфетами.

На мгновение глаза ее алчно загорелись и тут же потухли.

- На диете я. Убери. Аж глазам больно смотреть.

Досмотрев распечатку до конца, Вера Ивановна довольно протянула:

- Красотища. Вот ничего ты не делаешь наполовину. Моя школа.

Я скопировала нужные файлы на флэшку, собрала распечатки и, схватив еще одну конфету, быстро ее уничтожила.

- Верочка Ивановна, может, поменяемся? Я с генподрядчиком встречусь, а вы с Владимиром Ивановичем в Дом Архитектора сгоняете.

- Э нет, - покачала головой она, - Чего я там не видела. Каждый год одно и то же. К тому же я сегодня не с самим Хрыкиным встречаюсь, а с его Замом. Там, знаешь, какой симпатяшка?

Я вылупила глаза в ответ на подобные откровения.

- Вер Иванна, чего это вас на молодых потянуло?

- А вот! – довольная произведенным эффектом хулигански подмигнула женщина, - Я вся такая внезапная. Не пугайся. Для Иришки его присматриваю.

Уф-ф-ф. Прямо от сердца отлегло.

- Подождите. Может, еще с мужем помирится. Все-таки ребенок у них растет.

Вера Ивановна разом погрустнела и призналась:

- Дурная она у меня. Любовь и романтику ей подавай. Как до проблем дошло – прошла любовь, завяли помидоры.

Вот уж не думала, что подобное услышу когда-то от начальницы. Она свою доченьку обожала и во всем ей потакала.

- Вы ее сами воспитывали, - совершенно нетактично напомнила я.

Вера Ивановна тяжело вздохнула:

- И не говори, Маш.

Тут она,спохватившись, скосила взгляд на часы, - Все пока-пока. Я сегодня больше не вернусь.

«Я, наверное, тоже» - подумала я и достала из шкафа белые босоножки на высоченном каблуке.

Переобувшись в свои парадно-выходные черевички, ощутила себя…весомее что ли. Летний брючный костюм грязно-голубого цвета едва ли можно было назвать праздничным, но он был мне к лицу. В нем я выглядела старше обычного.

Огладив приталенный жакет, в последний раз оцениваю свой внешний вид, провожу расческой по волосам и выходу, захлопнув на замок дверь кабинета.