Рожденная в аду "Когда тьма чувствует"

Посреди мрака, где казалось нет и намека на свет, в скале, которая не имела конца, висели необъятных размеров два крыла. Они были вратами - два чёрных, как обсидиан, крыла, сомкнутые в вечном молчании, будто указывали единственный путь туда, где закипала магия, где ведьмаки, демоны, падшие отринутые и проклятые, шептали древние клятвы в темноте. Перед вратами стояла девушка - босая, с непокрытыми плечами, чёрное платье развивалось на ветру, как и ее черные как ночь длинные волосы, а в руке она крепко сжимала мечь. На вид такая юная, чуть старше 20 лет, нежная светлая кожа, словно лепесток белой розы, а губы цвета розовых пионов и темные, черные глаза, которые, казалось горели, огнем, тем, что пульсировал в её венах от предвкушения. Предвкушения битвы. Не страха. Страх был выжжен в ней давным-давно.

– Откройтесь, - произнесла она.

Металл затрещал. Мир замер. И в следующее мгновение тьма расступилась.

Там, за вратами - её ждали. Враги. Приказ. Тьма.

Но и нечто иное. Что-то неведомое.

**

Проход был узким и зловонным. Капли крови, смешанной с чем-то чужеродным, сочились по стенам, будто сама земля истекала памятью. Селин шагала уверенно. Она не оглядывалась. Никогда не оглядывалась.

Но сегодня...

Сегодня всё было иначе.

Как будто кто-то смотрел ей в спину.

Все казалось таким реальным и не реальным одновременно. Девушка продолжала идти вперед, видя, что проход начинает расширяться и превращается в огромное помещение.

Как она и думала, ее ждали. Первые два существа напали на нее, как только она вышла с тунеля.

Ведьмаки, с отблеском остатков чар в глазах. Она знала их. Они были когда-то частью Ада. Предателями. Но почему они тут? Ведь она их уже убивала..

Она подняла руку - и мрак, словно живая волна, развернулся из её ладони, направился на них поглощая их. Остальные стояли немного дальше, они не спешили приближаться к девушке. Будто ждали, когда она сама сделает еще шаг к ним. Позади нее послышались шаги и девушка понимала, что они ее окружают.

- Что ж, это будет интересно. - Подумала девушка, обхватив клинок обеими руками, приготавливаясь к ближнему бою.

– Селин, - произнёс кто-то. Не голосом, а внутри.

Она вздрогнула. Мгновение. Треск ее магического щита. Откуда-то появился дым, который мешал ей разглядеть противников. Чей-то крик.

Тот же голос, знакомый, но чужой.

- Селин!

Краем глаза она уловила движение. Не раздумывая, Селин вонзила клинок в грудь тому, кто к ней подошел.

И она увидела её, ту, в кого она вонзила клинок.

Девушку - с таким же лицом, как у неё.

Но ее волосы - они были как свет луны, почти белые.

Глаза - будто светились, небесно-голубого цвета.

А взгляд... такой, в котором было всё, чего Селин никогда не знала:

Прощение. Свет. Свобода.

И вместе с этим - тоска. Такая, что умей Селин чувствовать, она бы заплакала. Но они были как тьма и свет, день и ночь. Насколько та девушка была чиста и невинна, настолько Селин была отражением самой тьмы. Ей не ведомы были эти чувства. Но что-то внутри её будто начало биться иначе.

Словно заклинание, некогда наложенное, начало трескаться изнутри.

В груди она начала чувствовать странную боль. Оторвав взгляд от лица девушки, Селин посмотрела на свое тело. Ее глаза в удивлении раскрылись, когда она увидела, что клинок, который она вонзила в девушку - торчал из ее груди.

Она шагнула назад и заметила, как девушка повторила ее движение делая такой же шаг назад. А сквозь дым послышался чей-то зловещий смех. Она так же как и Селин держала свою правую руку на клинке, а ее глаза были широко открыты. Селин протянула свою левую руку к девушку и та повторила ее движение, протягивая свою руку ей в ответ. Только вместо тепла, Селин почувствовала холод и натолкнулась на зеркальную гладь.

Мир рухнул. Или, может быть, просто раскололся внутри неё. Вокруг ничего больше не существовало и Селин почувствовала как падает в небытие, в пропасть, которая раскрылась под ее ногами и поглощала ее.

- Селин!

- Селин.

Она резко открыла глаза.

Теперь голос был реальный. Мужской, низкий, словно выкованный из обсидиана и магмы. Она знала его.

- Даймор, - прохрипела Селин, всё ещё не до конца вернувшись из тени сна.

Он стоял у двери - высокий, широкоплечий, с такими же тёмными глазами, как у неё. Его руки, покрытые татуировками и зажившими шрамами, говорили за него больше, чем слова. Он умирал - и возвращался. И всегда - за ней.

- Ты спала слишком долго. Наша миссия окончена, и нам пора возвращаться, - сказал он, не отводя взгляда. - Ты... кричала.

Селин промолчала.

Она не помнила, чтобы когда-либо кричала во сне. Но она и не помнила, чтобы когда-либо плакала.

Он не настаивал. Между ними не было нужды в словах. Они делили сражения, кровь... и иногда - тело. Без привязанностей, без обещаний. Только взаимная выгода и темп, в котором могла дышать их прирученная тьма.

- Что с заданием? - спросила она, поднимаясь с ложа. Обнажённая, кроме тонкой ткани на теле, она не испытывала ни капли стеснения. Стыд давно утратил для неё смысл.

Даймор позволил себе взгляд - мимолётный, чуть дольше, чем следовало. Затем подошёл к круглой ванной в центре комнаты, коснулся воды и пробормотал заклинание. Пар потянулся вверх, смягчая напряжённую тишину.

- Всё по плану. Верховные довольны. Но...

Он замолчал.

Селин уже знала, что это значит. "Но" - всегда приносило кровь.

- Один из твоих. Пропал. - Его голос был чётким, отточенным, как лезвие. - Аркин. Последний раз его видели несколько дней назад. С тех пор - ни следа, ни сигнала.

Селин замерла.

- Думаешь, кто-то посмел его тронуть? - её голос стал ледяным. Она не испытывала чувств. Но к нему... она испытывала доверие.

- Во дворце знали, что он твой. Даже если ты никогда не говорила этого вслух.

Селин шагнула в ванну. Тёплая вода обхватила её кожу. На миг ей захотелось погрузиться с головой и исчезнуть. Но, взглянув в отражение, она увидела не своё лицо. На неё смотрела та девушка из сна - беловолосая, светлая, невозможная. Она моргнула - и видение исчезло. Вновь её глаза. Тёмные. Опасные. Бездонные.

Аркин.

Он был не просто слугой. Он был первым, кто осмелился задать ей вопрос, что пронзал сильнее любого клинка:

- Ты когда-нибудь мечтала?

Тогда она лишь усмехнулась. Но после этого взглянула на него иначе. Он был всего лишь человеческим детёнышем, когда она впервые увидела его - шесть лет от роду. Даже она не понимала, почему тогда забрала его к себе. Возможно, потому что искала ответ - как это, чувствовать? Понимать, зачем люди живут и умирают?

Он рос рядом с ней, и она сама обучала его бою, выживанию. Он был хрупким, слишком человечным - но он знал её. Знал её тишину. Её ярость. Её молчание. И молчал вместе с ней.

- Где он был в последний раз? - тихо спросила она, продолжая водные процедуры.

- У дворца. Поговаривают, ему дали указание. После этого - исчез. Ни следов, ни магического следа.

- Указание? Моему слуге? Кто посмел?

- Ирвин сейчас проверяет. Но говорят, что приказ... якобы от тебя.

Селин закрыла глаза. Только одно существо в Аду могло позволить себе играть с её именем. Слишком много прав, слишком мало страха. Но почему Аркин? Почему сейчас?

- Возвращаемся, - произнесла она, поднимаясь из воды.

Даймор, услышав всплеск, вытянул клинок и ловко подцепил полотенце, бросив его ей. Она перехватила его на лету.

- Сейчас подготовлю лошадей, - сказал он и, прежде чем уйти, почтительно поклонился.

- Даймор, - окликнула она, и он остановился. - Я не доверяю другим.

- Как и всегда, - с едва заметной ухмылкой ответил он. Сделал ещё один, почти насмешливый поклон и исчез за дверью.

Селин, с помощью магии, собрала свои вещи. Всё происходило безмолвно, точно, отточенно. Как всегда.

Но сон, несмотря на тёплую воду и привычные действия, не отпускал. Образ беловолосой девушки остался где-то в глубине - зазубриной, от которой не избавиться.

Она разберётся с этим потом.

Сейчас она должна найти Аркина. Он принадлежит ей. А никто не смеет прикасаться к её вещам. И - к её людям.

Лунный свет освещал, казалось бы, пустынный переулок зимнего Амрэда. Ставни домов давно были закрыты, и большинство жителей спали. Но только не в постоялых дворах и тавернах. Там жизнь кипела до самого рассвета, и лишь под утро крики и песни затихали.

Возле одной из таких таверн появился мужчина. На вид ему было не больше тридцати. Высокий, атлетичный, с широкими плечами и крепким телом, он был одет в кожаные штаны, рубашку и меховую куртку поверх жилета. За спиной - ножны, из которых виднелась серебряная рукоять меча. Снег лёгкой пеленой осел на коротко подстриженных волосах - это выдавало в нём наёмника, что в здешних краях считалось дурным знаком. Но он будто не замечал.

Подойдя к двери, он вскинул голову, чтобы прочесть потускневшую вывеску. Убедившись, что пришёл по адресу, он толкнул дверь ногой.

Гул, ранее скрытый, обрушился на него с оглушительной силой. Казалось, весь ад собрался в таверне «У Евнуха». И не зря - о ней и её хозяине ходили легенды. Дело было не только во вкусе пива, что, по слухам, превосходило даже напитки королевских погребов. Хозяин некогда был отмечен самим Владыкой за заслуги в войне с Велесом.

Наёмник окинул взглядом зал. Тролли пили и громко спорили, падшие провоцировали драку между тёмными эльфами и оборотнями, ведьмаки жались в кучу, укрываясь от летящей кружки, брошенной кем-то из провоцируемых. Демоны флиртовали с суккубами, обсуждая цену ночи. Но лишь одно существо привлекало внимание - вампир в углу, наблюдавший за всем с лёгкой усмешкой, попивая пиво.

Заметив гостя, он обнажил белоснежную улыбку и пригласил к себе. Наёмник кивнул и направился через зал.

- Мне говорили, что если воскресать так часто, как это делаешь ты, можно окончательно остаться младенцем, - усмехнулся он.

Существо рассмеялось во весь голос, привлекая внимание трактирщика. Маркус жестом указал, что будет то же самое, что у вампира, и присел напротив.

- Поговаривают, если не умирать вовсе и не покидать излюбленное место в трактире, можно срастись с мебелью и впитать запах портков троллей! - отозвался он.

В трактире на миг воцарилась тишина. Все затаили дыхание, ожидая реакции.

- Старый хрен! - воскликнул вампир, ударив пустой кружкой о стол. - Ты как всегда, остр на язык, как и твой меч!

Подбежавший трактирщик вздрогнул, но вампир молниеносно забрал с подноса две новые кружки и швырнул пустую обратно. Хозяин ловко поймал её и поспешил исчезнуть. Маркус тем временем изучал друга, которого не видел уже полвека.

Даже свет факелов не мог придать румянца бледной коже вампира. Черты лица - острые, бледная кожа. Тонкие губы, глаза цвета листвы. Тёмные волосы спадали на плечи поверх атласной рубашки.

- Я смотрю, ты идёшь на рекорд, Маркус. Уже сорок лет - и ни одной смерти!

- А ты всё так же молод, Валериус. Хоть живёшь уже больше тысячи лет.

Вампир недовольно скривился и сделал глоток.

- Вот зачем напоминать? Подумаешь, тысяча! Состариться - не преступление.

- Скажи лучше, когда разрешишь мне вернуть долг? - спросил Валериус.

- Когда пойму, что моя жизнь действительно под угрозой.

- Мы вечно под угрозой, Маркус. Вечно обречены жить без права на покой и милость Рая, - вздохнул он.

- А я думал, ты знал, на что шёл, становясь вампиром.

- И нажил не меньше врагов, чем любовниц. - Валериус подмигнул. - Например, Ирма всё ещё не простила, что я бросил её у алтаря.

- А ты всё такой же.

- А ты всё такой же один. Или ты всё ещё ищешь ту девушку из сна?

Маркус улыбнулся.

- Искать призрак - лучше, чем не искать вовсе.

- Может, отец поможет расшифровать твоё видение?

- Отец занят. Он следит за новой реинкарнацией моей матери. Она только родилась...

- Всё та же вечная любовь. А ты ведь мог бы быть, как я - бессмертным. Почему отказываешься?

- Ради забвения. Иногда хочется забыть, кем я был. Хоть немного побыть... человеком.

Валериус кивнул. Он знал, каково это - жить с памятью. Слишком хорошо знал. Он понимающе вздохнул и посмотрел на друга с ноткой зависти. Ему отлично было известно, каково это жить с грузом воспоминаний. И как мечтал он хоть бы на пару дней перестать помнить все то, плохое, что случилось в его жизни, всех тех людей, которых он убил ради нескольких глотков крови. Но это был ад. Мир в котором ты получаешь все то, что ты желал и все то, что ты бы хотел променять просто на один день смертной жизни. Мир возможностей и мир падений. Мир где не действуют правила, и мир, где тебя убьют за нарушения закона. Столько противоречий и столько вопросов... Вдруг, краем глаза что-то привлекло внимание Маркуса возле двери. Валериус сразу определил перемену в движениях его старого друга. Это было лишь мгновение, но что-то совершенное неуловимое заставило Маркуса бродить глазами по залу в поисках того, что отвлекло его от разговора. Тролли, эльфы, оборотни... Нет, не они, что-то еще.. Ведьмаки вновь создавали какую-то иллюзию с едой на столе, человеческий ребенок пытался стащить кошелек у порядком уже опьяненного демона. Рука Маркуса невольно потянулась к рукоятке меча. Что-то - или кто-то - привлекло его внимание у входа. Валериус уловил изменение в позе друга. Вампир, закрыв глаза, сделал один глубокий вдох, чтоб найти новый запах в таверне.

- Где? - тихо спросил он.

- Не знаю... - Маркус сжал рукоять меча.

В следующее мгновение кто-то рванул его за капюшон, и весь мир рассыпался.

Маркус исчез будто его и не было в этом месте..